Шлейф сандала

– Когда он влюбиться успел?

- Наверное, когда я его кулаком приложила, – Минодора кокетливо взмахнула ресницами. – У меня ведь рука тяжелая… Может, мозги-то ему и повернуло к любви. Тут главное, в какое место попасть. Вот я и попала… В любовное.

Сначала я немного напряглась, ведь этот человек разыскивал меня. Но потом мне в голову пришла мысль, что ведь не зря люди говорят, что: «Держи друзей близко, а врагов еще ближе».

В нашем времени это выражение немного переиначили, и Махмуд иногда повторял его как тост:

«Дэржи друзэй близко, врагов эщё ближе, а жэнщину вообще из-под надзора нэ выпускай!»

- Я рада за тебя, но что скажет твой отец? – мне было тяжело представить, как отреагирует купец на такого претендента на руку его горячо любимой дочери.

- А я положусь на мужское плечо. Пускай докажет, что я по зубам ему, - вдруг заявила Минодора, горделиво поведя белым плечом. – Мужик, он ведь с характером должен быть. Зачем мне кисель, ежели я сама волю имею?

И возразить же нечего!

- А как же украшения твои? – напомнила я подруге, на что она ответила:

- Пускай шкатулка пока у тебя побудет.

Да уж, жизнь была действительно штукой непредсказуемой, что она мне и доказала в который раз. Прямо на следующий день.

Машутка проснулась с кашлем и температурой. Она была вялой, ее щечки горели и, оставив ее на Прасковью, мы с Акулиной пошли на рынок за редькой. С медом она прекрасно помогает при кашле. Еще я собиралась зайти в аптеку, чтобы Никита Мартынович дал мне какое-нибудь средство от жара.

Пока Акулина выбирала редьку на овощных рядах, я подошла к лавке молочника. Горячее молоко с кусочком масла тоже могло помочь при кашле.

- Это Стриж! Она! Слышали, какие разговоры о ней ходят?

Шепоток за моей спиной заставил меня превратиться в одно большое ухо. Это еще что такое?

- Я слышала! В цирюльне ее грязь стоит, насекомые бегают, а мыши всё тряпьё прогрызли! – ответил второй голос. – А еще, говорят, что вчерась она кому-то бороду так оболванила, что бедный мужик чуть умом не тронулся!

Ого! А это уже настоящий хэйт!

Я повернулась к стоящим за мной женщинам и поинтересовалась:

- И кто же этот горемыка? Кого это я так оболванила?

Они стали посмеиваться, пряча глаза, а меня начала разбирать злость.

- А вы это у Жюля спросите, - вместо женщин ответил мне молочник. – Это из его салона вышло. А место ведь дорогое, знаменитое, люди сразу и поверили. Такой человек точно врать не станет.

Возле лавки начала собираться толпа. Все хотели стать свидетелями назревающего скандала.

Та-а-ак… Стоп! Нужно успокоиться. Никаких поспешных решений. Набить морду Жюлю - точно не выход.