Сломанная кукла (СИ)

Дурачится только у нас с детьми. Мне кажется, что брат был всегда у меня... мы очень ""родные"".

- Ой, не знаю... Отца и нас это счастливыми не сделало.

- Это выбор Фила, мам.

Если бы отец признал его официально, это было бы невозможно. Близкие родственные связи с опальным полковником не позволили бы ему поступить. А так - снова помогли Зольниковы с протекцией. И они же заберут его после выпуска под свое крыло, в управление.

Дети Зольниковых ходят на тренировки по рукопашному бою вместе с нашим Егором.

Мы дружим семьями.

Я неожиданно получила внушительное наследство после смерти Алишера. У меня теперь фонд для жертв насилия и питомник с направлением канистерапии для людей с посттравматическим.

Дел невпроворот...

Но сейчас у нас долгожданные выходные с детьми и папой!

Варг неожиданно щипает зубами меня за бедро.

- Эй! Старый ты пакостник! - ругаю его. - Нельзя так делать. Нельзя. Я же сказала - ""сейчас"".

Скалится на меня, морща нос.

Делаю ему бесстрашный ""бип"", одергивая руку от щелчка зубами.

- Ах ты вредный... Кусать кормящую руку?! - тискаю его недовольную морду.

Варг, в прошлый свой побег в тайгу, потерял клык. И мы вставили ему под наркозом стальной. Теперь он выглядит ещё внушительнее, когда скалится.

Гордей и Фил ждут меня на детской площадке, вместе с Матвеем. Ему уже три. А Егору - семь. В сентябре - в школу. Мы поступаем в школу олимпийского резерва. Егор - достигатор, ему это нравится. А Матвей лёгкий как кузнечик и переменчивый как ветерок, он точно не пойдет по стопам брата.

- Что ж вы пса такого без намордника по подъезду водите! - возмущается новая соседка.

Прижимаю Варга к стене бедрами, ложась на нее спиной.

- Извините. Но он только выглядит грозно. Но не кусается.

Варг скалится."

"- О, Господи! - отступает она испуганно. - Вам самим то не страшно его с детьми в одной квартире держать?

- Он просто вас опасается. Он не агрессивный пёс. Его маленького обижали, он отпугивает, а не нападает...

- Тем более! Собака со сломанной психикой... Его вообще усыпить надо.

- А Вы всех жертв, кому психику сломали, желаете усыпить? - стекает улыбка с моего лица.

- Надевайте намордник, - пробегает мимо.

- Хорошо, - стальным голосом обещаю я.

Выходим на улицу.

- Мама, а мы к Ольге поедем?

- Сейчас-сейчас... - держа в одной руке поводок и руку сына, пытаюсь ответить на звонок по телефону.

Завидев меня издали, Матвей бежит из песочницы в нашу сторону. Пробегая мимо Гордея и Фила, курящих на лавочке, запинается и расстилается во весь рост.

Варг дёргает поводок, вырываясь из моей руки. Несётся к ребенку.

Выключаю телефон, убирая в карман.

Матвей рыдает!

- Па-а-апа...

Гордей молча поднимает его на руки. Прижимает его голову к своему плечу и успокаивающе гладит по спине.

Сын такой крохотный в больших руках Гордея.

- Бо-о-ольно... - рыдает Матвейка.