Случайная жена повелителя

— Но если в колониях нет культа пластических операций, то тогда почему их запах всего лишь «немного лучше»?

— Потому что земляне слишком долго экспериментировали с генетикой, — сокрушённо покачал головой доктор Крарвер. — Кажется, вначале эти были эксперименты во благо:  изменить ДНК будущего ребенка для того, чтобы избежать болезней, передающихся по наследству."

"— А закончилось всё тем, что твои соплеменники, Саша, начали выкраивать будущих детей по своему желанию, — фыркнул Дррар. —   Помнится, у них даже существовала такая программа: создаёшь голограммы будущих родителей, а затем «собираешь» их них будущего ребенка.

Дррар и доктор Крарвер одновременно брезгливо передёрнулись.

— Это вмешательство дорого обошлось всей человеческой расе, — пояснил Дррар. — Люди всё чаще рождались стерильными. Кроме того, у людей, рождённых после подобных процедур, возникали неожиданные болезни, сокращался срок из жизни… Правда, это никого не волновало. Земляне по-прежнему увековечивали свои портреты в детях.

—Любое искусственное вмешательство в подобных делах нарушает естественную гармонию Вселенной, — кивнул доктор Крарвер, соглашаясь со своим более молодым коллегой. А затем пояснил специально для меня. — Подобные процедуры были запрещены… кажется, веков пять —  и то только потому, что радскары отказывались принимать землян в Союз, пока они не запретят вмешательство в геном нерождённых детей.

— Но если ущерб уже был нанесён… —  я посмотрела на своих собеседников. — Если человеческий геном уже был испорчен…

— То какой был смысл всё прекращать? — подсказал Дррар. Я кивнула.

—Да, людей ведь уже нельзя изменить.

—Э нет, Саша, ты не права, — покачал головой доктор Крарвер. — Природа Вселенной — творить гармонию во всём. За пять веков геном людей начал выправляться, очищаться…

—Если бы они ещё не увлекались этими пластическими операциями, — скривился Дррар.

Так я узнала причину, почему радскары не любят людей – они просто плохо переносили их запах.

Их — запах людей из этого времени, из этого мира — но не мой. Для всех радскар, которых я встречала, мой запах оказался приемлемым и даже приятным.

Именно поэтому  спустя полтора года тяжелейшей адаптации в новом мире, я смогла войти в число  кандидатов-финалистов  на соискание должности младшего лаборанта геофизической лаборатории Арна — главной планеты радскар.

Как мне показалось, радскары включили меня в первоначальный список кандидатов только из любопытства — и это несмотря на то, что целых полтора года я не вылезала из сети, зазубривая всё, чего не знала и даже смогла экстерном «пересдать» свой диплом.

Но их впечатлили мои знания.