Старый, но крепкий

Кира разлила чай по четырем небольшим кружкам. Каждый выпил свою порцию и девушка, секунду поколебавшись, протянула мне свою кружку, вылив в нее остатки с котелка.

Я с благодарностью принял крохотную кружку и едва удержался, чтобы не опрокинуть ее в себя. Горячий напиток обжёг губы. Чая здесь было на глоток, но я все равно погонял напиток по рту, и только потом проглотил.

Тепло разлилось по всему телу. Оно проникало в каждую клеточку, насыщая тело энергией. Казалось, даже мышцы загудели, как после хорошей тренировки. Голова прояснилась, дыхание стало ровным и глубоким. Жар быстро прогнал ощущение холода, казалось, навечно поселившееся в конечностях.

Я украдкой потрогал ноги. Правда теплые, не показалось.

— Ну как? — Кира смотрела на меня с лёгкой усмешкой. — Первый раз пробуешь такое, да?

— Изумительно, — пробормотал я, наслаждаясь ощущением.

— Холод отлично прогоняет. Каждый раз беру с собой эти листья, иначе мы бы каждый раз подхватывали простуду на этой проклятой горе.

— Не забывай, ты стоишь первую вахту, — прервал нас здоровяк.

— Я проснусь через три часа, сменю тебя, — объяснила Кира. — На тебе костер. Но главное — следи за входом! Услышишь или увидишь что подозрительное — кричи. Не думай «может, показалось», не старайся разобраться, что именно слышишь — кричи сразу, хорошо?

Я кивнул. Девушка, бросив на меня прощальный взгляд, ушла чистить котелок снегом

Остальные начали готовиться ко сну. Братья расправляли старые, потрёпанные одеяла. Бородач устроился на лапнике, укрывшись курткой. Кира, вернувшись с улицы, устроилась в дальнем углу, завернувшись в плотный плащ. Её лицо скрывалось в тени, но я поймал момент, когда лучница заснула — ее дыхание стало ровным и спокойным.

Первые минут десять я просидел легко. Обдумывал, стал бы я доверять незнакомому пацану дежурство, и понял — скорее всего кто-то из команды просыпается при малейшем шорохе или умеет чуять опасность даже во сне. А меня посадили, чтобы в костер дрова кидал.

Ветер за пределами укрытия завывал и его угрожающий рёв становился все громче. Казалось, буран только набирает силу, хотя куда сильнее.

Потом я нашел способ убить время — попробовал помедитировать. Времени у меня было много, никто не докучал и не отвлекал. Вот только сколько я не сидел и не пытался нащупать состояние покоя, у меня ничего не получалась. Система тоже молчала.

Медитация прошла без результата. Только зевать потянуло.

Я сел спиной к костру, уставившись в темноту за сколоченным щитом. Огонь за спиной плясал, отбрасывая тени на стены: они то вытягивались, то сжимались, словно живые.

Морозный воздух пробирался даже сюда, вглубь, но костёр давал хоть какое-то тепло.