Украденные прикосновения

""Я устала считать огнестрельные раны на твоем теле! Ты поняли?""

""Милен…""

""Эта последняя!"" рявкнула я ему в лицо, а затем разразилась рыданиями. ""Обещай мне!""

""Скорее всего, это был рикошет. Он едва попал"".

""Мне плевать, если это чертова капсула для пейнтбола, Сальваторе!"" Я фыркнула и стиснула зубы. ""В следующий раз, когда в тебя выстрелят, я уйду"".

Его левая рука хватает меня за шею, и он смотрит на меня, раздувая ноздри. ""Ты больше никогда так не скажешь, слышишь меня, Милен?"".

""Я. Уйду."". Слова вырываются, а слезы продолжают катиться по моим щекам. Я тянусь к нему, притягиваю его лицо к своему и прижимаюсь губами к его губам.

Кто-то прочищает горло, и я поворачиваю голову, чтобы увидеть Иларию, стоящую рядом со мной, одна рука у нее на бедре, а другая держит рулон бинтов. ""Если вы двое закончили, я бы хотела продолжить"", — говорит она, затем смотрит на Сальваторе. ""И я тоже бы хотела присоединиться к клубу ""в последний раз"", для пущей убедительности. Я устала обрабатывать тебя. В следующий раз найди кого-нибудь другого. Милен, ему придется принимать антибиотики в течение следующих десяти дней, можешь проверить, есть ли они у нас в шкафчике?""

""Нет.

Нино кивает и идет рыться в ящиках, пока Илария перевязывает рану Сальваторе. Я мельком взглянула на нее, прежде чем она начала, и она не выглядела слишком плохой. Тем не менее, я не могу заставить себя перестать дрожать. Когда Нино сказал мне, что Сальваторе ранили, у меня перед глазами промелькнул самый худший из всех сценариев. Даже то, что с ним все в порядке, мало помогает избавиться от чувства ужаса.

""Я принесу тебе рубашку"", — говорю я и поворачиваюсь к лифту, но Сальваторе крепко держит меня за шорты.

""Нино, пусть кто-нибудь сходит наверх и принесет мне рубашку"".

Нино бросает Иларии коробку с антибиотиками и достает свой телефон.

""Я могла бы принести твою рубашку"", — говорю я.

Сальваторе поджимает губы, затем наклоняется, чтобы прошептать мне на ухо. ""Ты сказала, что собираешься меня бросить. Пока мне не удастся забыть об этом, Милен, я не выпущу тебя из рук"".

""Никаких физических нагрузок по крайней мере в течение месяца, Сальваторе"".

""Не смеши."" Он медленно спускается с каталки. ""Это заживет через несколько дней"".

""О, ради всего святого"". Она качает головой и поворачивается ко мне. ""Пожалуйста, попытайся его образумить"".

Стефано вбегает внутрь, неся в руке белую рубашку, и предлагает ее Сальваторе. Нехотя, мой муж, наконец, отпускает свою хватку. Он надевает рубашку, но когда он пытается застегнуть пуговицы, я убираю его руки и берусь за дело.

""С ним невозможно договориться, Илария.