Золотой ключик для Насти

В лицо ударил сырой прохладный ветер, окружающая темнота чуть расступилась – на небе не осталось ни тучки, зато звёзды казались необычайно крупными и яркими. На их фоне даже толстый месяц смотрелся тускло и непрезентабельно.

Я глянула вниз: до земли метра четыре, и ничего, что могло бы смягчить паденье – просто голая, вытоптанная земля. Ладно, прорвёмся.

Перекинув ногу через подоконник, на пару секунд зажмурилась. Чёрт, а если сломаю что‑нибудь? Шею, например… Нет. Всё, что могло, со мной уже случилось. Без особой уверенности, пошарила ногой и всё‑таки нащупала небольшой уступ. Покрепче ухватилась руками за подоконник, опёрлась ногой на уступ и перекинула вторую.

Храп внезапно прекратился. Спина мгновенно покрылась потом, коленки задрожали так, что нога едва не сорвалась.

– Спокойно, Настя… – прошептала сама себе. – Спокойно. Всё хорошо будет. Ты ещё вернёшься в этот трактир… на танке. И объяснишь всем, что девушек из другого мира обижать нельзя. А сейчас нужно прыгать.

Легко сказать, а вот сделать… Всё‑таки переоценила свою храбрость. Да и цифра в четыре метра только на словах кажется маленькой, а когда болтаешься, держась за подоконник потеющими пальцами. И ещё котомка эта за спиной… Чёрт! Нужно было верёвку из простыни связать, а не воображать себя человеком – пауком. Ведь действительно что‑нибудь сломаю! Нет, даже при наличии верёвки, идея – дрянь. Надо лезть обратно. А вот завтра, на привале, сделаю вид, что живот прихватило, уйду в кусты и не вернусь. Хабыч с пособником ведь не знают, что я в курсе их планов!

Чёрт, а если меня свяжут? Нет, не посмеют. Связанной привлеку слишком много внимания. Любой встречный – поперечный определит во мне добычу и попытается отбить. Или примет меня за жертву бандитов и попробует спасти, впрочем, это вряд ли. В любом случае, их двое, рисковать они не будут."

"Я уже начала подтягиваться, в решимости во что бы то ни стало влезть обратно, как сильный порыв ветра хлопнул ставнями. Пальцы разжались от болевого шока, зато голос, от того же шока, пропал. Я приземлилась с беззвучным криком.

Второй крик, уже осознанный, смогла сдержать сунув в рот кулак. Боль в правой ноге была невыносимой! Даже звёздочки перед глазами заплясали. Чёрт бы побрал этот проклятый мир, этот вонючий трактир и этот… ветер!

Будто по закону подлости, за стеной послышалась возня, вдалеке затявкала собака, а из ближайшего сарая вырвалось издевательское «И – и-и!».

– Ну я вам устрою… Армагеддон местного разлива! – сквозь зубы пробормотала я. Злость чуть приглушила боль в ноге, с трудом, но всё‑таки удалось подняться.

Изредка опираясь на раненую ногу, допрыгала до сарая.