13 несчастий Геракла

На мой взгляд, он выглядит чудовищно, но Николетта, которая каждый раз заявляет мне: «Вава, ты полнеешь, садись на диету», при виде Антоши умильно восклицает: «Ах, Тошенька, мужчина приятен, когда он корпулентный!»

При этом учтите, что я без малого ростом два метра и не набрал девяноста килограммов. Иногда мне кажется, что Антону следовало родиться у Николетты, а мне у Ксении. Тетка всегда хорошо ко мне относилась. Впрочем, тогда моим отцом был бы не Павел Подушкин, а Роман Кнышев, спившийся до полной потери личности полковник. Муж моей тетушки был хроническим алкоголиком – это одна из наших страшных семейных тайн. Роман рано умер и не успел, по выражению Николетты, «опозорить нас перед всеми друзьями». Я его практически не помню. В детстве мне вдолбили в голову, что Антон – несчастный мальчик, отец которого погиб на службе, выполняя очень важное задание. Правду уже в студенческие годы открыл мне отец после очередного скандала с маменькой. Кстати, отец содержал Ксению с Антоном, и многие годы подряд тетка с сыном проводила лето на нашей даче.

Прежде чем отправиться к маменьке, я зарулил в супермаркет и купил коробку дорогого шоколада «Линдт». Николетта обожает эти конфеты и, получив их, делается любезной. Для Нюши я приготовил шоколадку «Вдохновение».

Держа в руках шоколад, я позвонил и приготовился поднести его Нюше, но тут дверь распахнулась и на пороге возникла Николетта.

– Ваня! – взвизгнула она. – Антоша хочет познакомить нас со своей невестой… Что это у тебя? Я не ем такой шоколад!

Я протянул маменьке упаковку «Линдт» за восемьсот рублей, а «Вдохновение» положил на столик у зеркала. Интересно, куда подевалась Нюша? Обычно Николетта никогда сама не открывает входную дверь.

– Такая девушка, – тараторила маменька, пока я надевал тапки, – красавица, умница, богатая! Отец – академик!

Я молча возился со шнурками. Что ж, все правильно, дражайший Антон на своем складе зарабатывает копейки, придется тестю-академику, если он, конечно, не хочет, чтобы любимая дочурка окочурилась с голоду, содержать ее и зятя.

– Вот какой молодец, – размахивала наманикюренными пальцами Николетта, – а я даже умереть спокойно не могу. Да, уже пора позаботиться о душе, но только очередная смертельная болячка схватит меня за горло, как я тут же думаю: а кто же останется с Вавой? Вот и приходится дальше жить! Ну почему у тебя нет приличной, обеспеченной девушки? Отчего воротишь нос от всех, с кем я пытаюсь тебя знакомить?

Моя память услужливо перелистнула воспоминания о «невестах», и я брякнул:

– Вполне способен сам о себе позаботиться!

– А вот и нет! – топнула ножкой маменька. – Ты вечно попадаешь в идиотские ситуации.