Агент семейной безопасности

– Тогда, возможно, просто никто подходящий не попадался. С кем сотрудники «Ориона» согласились бы провернуть аферу со страховкой.

– Но все равно деньги достались родственникам погибших, а никак не сотрудникам «Ориона»! – воскликнула Кира. – Тут какая-то неувязка.

– Вполне допускаю, что родственники Семицветова и Сидора Поликарповича поделились с ними.

– То есть они действовали заодно с сотрудниками «Ориона» против страховых компаний! – простонала Кира. – Ужас! Кошмар! Гнусность! Как жить в этом мире, если даже родственникам доверять нельзя?

– Обычное дело, тебя предают друзья и самые близкие, – печально произнес Борисов.

– Почему это? – не согласилась с ним Кира.

– Если ты человека не любишь, не веришь ему, держишься с ним настороже, то как он сможет тебя предать? Ты же заранее предупрежден и подготовлен к схватке.

– М-да, – протянула Кира. – Пожалуй.

– Недаром древние говорили: «Избавь меня бог от друзей, а от врагов я избавлюсь сам».

– Так что, жить и никому не верить? – возмутилась Кира. – Это же свихнуться можно!

– Можно, – согласился с ней Борисов. – Поэтому и дружат, и предают, и так будет до тех пор… думаю, пока существует род человеческий.

– Как это все печально, – внезапно загрустила Кира. – Слушай, давай не будем о грустном.

– Давай, – согласился с ней Борисов, которого эта тема тоже угнетала. – Лучше вернемся к нашим баранам. Так вот, я считаю, что родственники Семицветова и Сидора Поликарповича вполне могли вступить в преступный сговор с кем-то из «Ориона».

– И в случае, если «Орион» и эти две страховые компании были связаны друг с другом криминальным бизнесом, то нам надо быть поосторожней, – задумалась Кира. – Не стоит вот так открыто являться к страховщикам. А то они, чего доброго, еще и нас прикончат.

– Надо придумать какое-нибудь правдоподобное объяснение, почему мы интересуемся делами «Ориона».

– Надо!

– Ты придумала?

Кира покачала головой. К ее стыду, в голову лезла всякая ерунда. Например, хотелось, чтобы Борисов подхватил ее сейчас на руки и понес куда-нибудь далеко-далеко. Туда, где ласково плещется теплое южное море, поют райские птички, а в небе сверкает яркое солнце. В общем, ничего конструктивного ей в голову не приходило.

– Наверное, мне не стоило лопать столько сладкого, – наконец виновато призналась Кира. – В голове один сплошной сироп.

– Странно, обычно сладкое мобилизует умственную деятельность, – пробормотал Борисов и оглядел девушку, словно перед ним стоял какой-то уникум.

Этот взгляд зародил в Кириной душе какое-то смутное беспокойство.