Академия проклятий. Книги 1-7

Стоять рядом с ним страшно и отойти тоже страшно – шаг в сторону, и огонь меня уничтожит.

– Мм-м, милая, одно могу утверждать с абсолютной уверенностью – убивать тебя никто не собирается.

Страх перешел в ужас.

– Мам-магистр, – попыталась выговорить я.

– Даррэн, – сладко напомнили мне.

Ужас начал медленно, но верно перерастать в панику. Не понять, чего от меня хотят, было уже невозможно, уйти – шансов нет, окружающее нас пламя только усиливалось.

– Пожалуйста, хватит, – попросила я.

– Назови меня по имени, – потребовал магистр, прикасаясь губами к моей шее.

В этой просьбе было что-то большее, чем просто произнесение имени. Сначала на именном обращении настаивал лорд Тьер, теперь лорд Эллохар…

И это настораживало.

– А почему для вас это так важно? – тихо спросила я.

Объятия стали крепче на миг, а затем огонь, плотной стеной окружавший нас, расслоился. И теперь я отчетливо видела первый круг пламени, в котором мы стояли. Здесь огонь был самым интенсивным, второй круг, окружавший нас менее сильным огнем, и его грань простиралась в трех шагах от первого, третий круг, самый большой, окружал первые два непроницаемой стеной пламени.

– Лорды Темной империи, Дэя, отличаются отношением к миру. У нас огонь в крови, прелесть моя. И поэтому мы крайне избирательно относимся к кругам общения, разграничивая тех, кого готовы терпеть.

Граница самого огромного круга ярко вспыхнула, словно наглядная демонстрация того, о каком именно круге идет речь.

– Те, кого мы допускаем в третий круг, для нас значимы, жизнь остальных не имеет значения.

Суровая правда об аристократах Темной империи – впрочем, о ней знают все.

– А есть второй круг, Дэя, – шепот магистра стал завораживающим, – те, кого мы называем по имени.

И среднее огненное кольцо вспыхнуло.

– Это уже друзья, близкий круг общения, – продолжал Эллохар. – Но не дай Бездна, нас посмеют назвать по имени те, кто не состоит в близком круге общения. Смерть, мгновенная – не наказание, возмездие.

Понимаю, что начинаю дрожать всем телом, и не могу остановить это проявление откровенного ужаса.

– Да, Дэя, и мы подошли к первому кругу. Видишь, насколько он мал в сравнении с предыдущими?

Я кивнула, говорить оказалась не в состоянии.

– Круг принадлежности, – шепот становится хриплым. – Круг, в котором вырывается истинно демоническое «Мое!». В нем только ты сам и та единственная, что становится важнее тебя самого. Важнее, Дэя. Жизнь тех, кто находится во втором круге, приравнивается к жизни лорда, для первого ситуация совсем иная. «Мое!» – и кровь демонов, та самая, что дает нам управление огнем, начинает пылать по венам, сжигая муками ревности и страхом потерять.