Астрид - хозяйка Рождества

— Вы знаете, что есть такое народное предание: когда Христос родился, понесли деревья ему подарки, яблоня — яблоки, вишня — вишни. Только елка не приближалась и плакала тихо, страшась уколоть Младенца. Но Он пожалел ее, сироту, и воздал ей игрушками и сластями. Разве мы не можем последовать примеру Христа?

— Ох, как интересно! — воскликнула Сесиль, всплеснув в ладоши. — Мне нравится эта идея!

— Звучит, конечно, странно, но… — тетушка Лонджина задумчиво приподняла брови, и Антон тут же сказал:

— А мне тоже нравится! На верхушку ели можно надеть сияющую звезду и это будет символом именно той, Вифлеемской звезды, которая привела волхвов к младенцу Иисусу!

Я с уважением посмотрела на своего товарища по «попаданству» и он подмигнул мне.

— Мне кажется, это понравится и деревенским детям, — вдруг сказал Нилс, и Гринч быстро закивал, соглашаясь с ним. — Разве может быть что-то прекраснее Рождества? Нет! И украшенная ель станет для них настоящим сюрпризом! Ее можно установить на главной площади!

— А под нее положить подарки! — добавил Гринч. — Как вам?

— Отлично! — поддержал его Франц и добавил: — А на ель повесить сладости, которые дети потом смогут снять!

— Замечательно! — баронесса захлопала в ладоши.

— Ну, выдумщики! — покачала головой тетушка Лонджина, но на ее лице заиграла улыбка. — А ведь это действительно хорошо! Только что скажет отец Мадсон? Он может воспротивиться.

— Мы поговорим с ним, — пообещала я, не желая отказываться от елки. — И найдем веские доводы, чтобы убедить его.

На следующий день мы с баронессой отправились в деревню, чтобы посетить церковь и поговорить со священником о нашей идее.

А повсюду лежал белый волшебный снег. Он был такой чистый, что взгляд просто терялся в этой девственной белизне, а сказочный танец метели вырисовывал чудесные узоры за окошком кареты. Под этим искрящимся нарядом деревня выглядела празднично и необыкновенно чисто, а небольшая церквушка, будто невеста, окутанная морозным флером, красиво возвышалась над остальными домами.

На удивление, отец Мадсон воспринял нашу идею спокойно и даже с неким энтузиазмом. Он выслушал нас с Сесиль и предложил присесть на отполированные долгим использованием скамьи.

— Вы знаете, милые дамы, что ель в язычестве — символ бессмертия и вечной жизни, возрождения, неувядания, здоровья, долголетия, верности, цельности, честности, терпения, но в то же время она — символ смерти, общения с загробным миром. Древние люди считали, что в деревьях обитают духи, которых нужно умилостивить подарками, — начал рассказывать он, глядя на нас ласково, как на несмышленых детей. — Вечнозеленая ель занимала особое место среди деревьев.