Астрид - хозяйка Рождества

Вот если бы все это почистить…

— Ты представляешь, сколько рук нужно, чтобы все в порядок привести? — Антон уселся на мраморную скамью и мечтательно произнес: — Вот если бы была бензопила…

— Если бы да кабы, — я насмешливо посмотрела на него. — Ничего, потихоньку можно расчистить это место. Нужно ведь с чего-то начинать.

Еще мы обнаружили одичавший розарий, маленькое озеро, усеянное желтыми листьями и…склеп.

— Ты посмотри… — Антон восхищенно обошел его, разглядывая потемневшие и покрытые мхом стены. — Небось тут мощи того маркиза лежат, а с ними и кости его женушки.

"— И ты уже знаешь об этой истории! — я тоже обошла склеп и остановилась возле кованой решетки, на которой висел тяжелый замок. — Надеюсь, ты не веришь во все это?

— Очень даже верю, — со всей серьезностью ответил Антон. — А ты — нет?

— Не знаю, — я пожала плечами. — По-крайней мере, мне никогда привидения не встречались.

— Мне тоже, но они есть, я тебе точно говорю. Вот я слышал одну историю… — он было приготовился рассказать какую-то басню-страшилку, но тут раздался стук копыт и скрип экипажа, ехавшего по аллее к дому.

— Это еще кто? — я нахмурилась. — Надеюсь, не отец-картежник?

— Если это он, я от тебя не отойду, — Антон насупился. — Пусть только попробует еще замахнуться!

— Пойдем, защитник, посмотрим, кого принесло, — я обняла его за плечи, а он возмущенно протянул: — Чтоб ты знала, я троих в одиночку нокаутировал… Вот так вот…

Когда мы подошли к дому, увидели красивый экипаж, украшенный позолоченными завитушками и такими же золочеными фонариками. На окнах сего великолепия висели бархатные шторки с кисточками и хмыкнув, Антон насмешливо поинтересовался:

— Это что, Золушка на тыковке приехала?

Он был не далек от истины — меня ожидали интересные гости.

Тетушка Лонджина уже провела их в гостиную, и они с интересом разглядывали окружавшую их обстановку.

— Добрый день, — я остановилась в дверях, лихорадочно соображая, кто бы это мог быть. Знаю я этих людей или нет?

— О, ваше сиятельство! — женщина поднялась с софы и направилась ко мне мелкими шажками.

Она была белокурой, с такими тугими локонами, что они будто пружины подпрыгивали от каждого ее движения. Пышное платье из тафты бежевого цвета, кружевной платок, прикрывающий декольте и невероятное количество драгоценностей на руках, ушах и шее, делали ее похожей на кремовое пирожное. Ее круглое лицо источало такое слащавое радушие, что меня даже немного покоробило. Но все-таки радовал тот факт, что мы были незнакомы, и мне не нужно было следить за своим языком.