Аутем. Книга 5

На попадания, неизвестная хреновина, в отличии от слизневых тварей, реагирует — энергия прошивает древесину, уходя вглубь помещения и уничтожая всё на своём пути. Внешние микрофоны улавливают шипение сока и гортанные звуки в глубине зала. Они вывели сучье дерево, которое умеет говорить? Зачем, мать вашу?

Наконец противник отступает. Если быть более точным — стремительно убирается прочь. Следом летит граната, брошенная Уной и спустя секунду внутри сверкает вспышка взрыва. Наблюдая за входом, позволяю себе выдохнуть. Противник тут всё же обнаружился. Но на первый взгляд, не слишком опасный. По крайней мере наше вооружение, с ним справляется. Учитывая суммарную огневую мощь группы и объём боеприпасов, критических проблем возникнуть не должно.

— Лучше обойтись без гранат, уэсама. Неизвестно, из какого материала сделана ключ-карта.

Досадливо морщусь. С этой стороны я на ситуацию не смотрел. Голос разума в очередной раз напоминает, что надо бы хорошо отоспаться, помыться и нормально поесть. Стимуляторы и внутривенное питание — неплохой вариант. Но не на постоянной основе.

Впрочем доводы рассудка быстро тонут среди остальных мыслей. А я прикидываю алгоритм действий.

— Я иду первым. Уна — ты сразу за мной. Основная задача, снести вторую створку. Потом сразу расходимся в сторону, давая Харру с Эйрой развернуться.

Поворачиваю голову к «огневой поддержке».

— Ваша задача — раздолбать всё живое, что обнаружится в зале. Бейте, пока противник не перестанет подавать признаки жизни.

Ещё пара секунд и я делаю рывок в сторону входа. Влетев в проём, сразу же открываю огонь. Одновременно с этим, внезапно понимаю, что тут есть свет. Стены и потолок заросли мхом, который слабо светится синим и белым. Он же есть на «ветвях», которые сейчас копошатся впереди. Всаживаю в их массу несколько разрядов, а Уна ударом ноги заставляет рухнуть вторую створку ворот. Отлично.

Смещаюсь в правую сторону, уходя с линии огня. Девушка повторяет манёвр, отступая в противоположном направлении. «Самурай» с Эйрой немедленно обрушивают на противника шквал огня. Я тоже продолжаю стрелять. А Уна внезапно пускает в дело гранатомёт — осколочные заряды рвутся впереди, рассекая ветви.

Где у этой хреновины ствол? Должен ведь быть какой-то «мозг» или «основа», управляющая всем остальным? Почему перед нашими глазами, только сплошная масса древесных щупалец?

Противник и правда ведёт себя странно — добрая половина отсека забита ветвями, но они все жмутся к другой стороне, стараясь максимально отодвинуться от нас. Может этот образец «экспериментальной флоры» изначально не был агрессивен? А мы, сука, взяли и открыли огонь. Неловко.

Как только эта мысль проносится в голове, объект переходит к активным действиям.