Босс не терпит отказов

— И когда ты уволишься? Я против того…

— Выдохнули, — вскидываю руки и пячусь, — все в порядке.

— Точно? — Игорь подозрительно щурится. — Кира, если нет, мы можем свадьбу сыграть в другом храме, а потом я Виктору скажу, что перепутал и запамятовал.

— Так и поступи, — мама скрещивает руки на груди.

— Не надо. Он мне ничего плохого не сделал и обиды у меня на него нет.

— У меня есть…

— Ма, — чеканю я. — Мы ведь взрослые люди. Тебя Виктор тоже не обижал, и он друг Игоря, что странно, конечно, но да ладно. Я не вижу никакой проблемы в данной ситуации. И он же, вроде, против кришнаитов, нет?

— Да, — коротко кивает Игорь и примиряюще поглаживает руку мамы, — может, он и не придет.

Ретируюсь с кухни. Мне не то чтобы больно слушать о Викторе, но как-то неловко. Он мне не бывший, но и мама, и Игорь в курсе, что я с ним лишилась девственности. Я бы не хотела видеть его рожу сегодня, но я не имею права быть против его присутствия. Он друг Игоря.

— Это жестоко по отношению к Кире. Ты должен выбрать нас или…

— Ма, — повышаю я голос и замираю у двери своей комнаты.

— У тебя очень мудрая дочь.

— Добрая и зря.

— А ты у меня злюка, — урчит Игорь, и я торопливо юркаю в комнату, чтобы не смущаться.

Поджигаю ароматическую палочку, расхаживаю с ней и настраиваю себя на позитивные волны хорошего настроения. Сегодня воскресенье и это отличный день для тихого и спокойного отдыха. Завтра у меня начинается вторая рабочая неделя. Я устроилась мерчандайзером в супермаркет в нескольких кварталах, и пока очень довольна. Коллектив приятный, босс не проявляет назойливого внимания и я в курсе всех скидок.

— Кира, — в дверь стучит Игорь.

— Да?

— Мы еще кое-что не сказали, — заглядывает в комнату.

— Самое время сказать.

Игорь заходит и плотно закрывает дверь. Молчит минуту и тихо говорит:

— Раз мы женимся, то будет правильно нам с твоей мамой съехаться.

— Это намек, чтобы я искала квартиру?

— Нет! — он испуганно вскидывает руку. — Я хочу, чтобы вы переехали ко мне в дом.

— Это странно, — помахиваю палочкой.

— Почему?

— Мама пусть переезжает, но я-то вам зачем?

— Я буду тебе папой… — неуверенно говорит Игорь и слабо улыбается.

— Я же не маленькая девочка, чтобы с мамой переезжать к ее мужу, — я смеюсь и добавляю, — и можно я не буду называть тебя папой? Пожалуйста.

— И, что, ты тут одна останешься? — Игорь хмурится и на его переносице проявляется глубокая морщина.

— Мне уже много годиков и я буду рада пожить одна. И, давай, ты маме об этом скажешь, ага?"

"Игорь кивает и оставляет меня в потоках терпкого дыма.