Сыночек в награду. Подари мне любовь

Муку не нахожу, зато заменяю ее овсяными хлопьями. И спустя время довольно смотрю на результат своего труда. Буквально из ничего получилось три порции золотистого омлета. Сервирую стол, и Владик тут же двигает к себе тарелку.

– Бурлит, – показывает на животик и намекает, что голоден. Но замирает в ожидании знака. Привык, что без Игоря начинать нельзя. И сейчас, наверное, Тимура ждет. По инерции.

– Ешь, мой хороший, – даю отмашку и будто сбрасываю путы с нас обоих. – Чай тебе сделаю, – спохватываюсь и мчусь к плите.

Пролетая мимо арки, замечаю, как в холл возвращается Вулканов. Хмуро окидываю его взглядом. Опять мрачная футболка и темные джинсы. Небрежно, удобно и… наплевательски. Догадываюсь, что он все-таки переоделся, исключительно по бирке из химчистки, которая осталась на кармане.

Тимур пересекает помещение широкими шагами и явно намерен скрыться в кабинете, но я преграждаю ему путь. Срываю бирочку, машинально тяну руки к вороту поло, поправляю края, застегиваю одну из двух пуговиц… И, судорожно сглотнув, поднимаю взгляд. Зеленые глаза смотрят на меня с недоумением, а на лице Тимура четко читается немой вопрос: «Ты что творишь вообще?»."

"Одергиваю руки и пячусь назад. Да я за годы жизни с Игорем в робота-домохозяйку превратилась! На повторе выполняю заложенные в мою программу задачи. Утро, завтрак, муж… Если бы Вулканов взглядом меня не остановил, я бы еще и галстук нашла, отрыла в ворохе одинаковых траурных вещей! И повязала бы ему прямо поверх футболки! Настройки не так легко сбить, как оказалось.

Списываю на «дрессировку» бывшего и тот факт, что никак не могу отпустить Тимура. Что-то внутри царапает, ковыряет и требует встряхнуть этого дикого мужчину с ужасным гардеробом. Не позволить ему остаться в одиночестве и закрыться в своей раковине. И накормить, в конце концов. Точно отголоски прежней семейной жизни. Со временем это пройдет, и я стану адекватной девушкой, какой была до Игоря. Но пока что… я сдаюсь.

Помявшись на месте, приближаюсь к застывшему от шока Вулканову. Стараюсь не трогать его и в момент, когда замечаю складку на его одежде, сжимаю руки в кулаки. Отвесив себе виртуальную оплеуху, слегка заглючиваю программу. Жестом приглашаю хозяина дома на его же кухню.

– Ева, я же говорил… – отмерев, строго отчитывает меня, будто я приказа ослушалась. И его колючий, морозный тон почему-то наоборот провоцирует меня добиться цели. Словно это очень важно – впихнуть в сурового босса мой омлет. Может, Тимур подобреет после завтрака?

«Ох, дура домашняя», – ругаю себя мысленно.

– Кофе, Тимур Викторович. Вы же на нем живете, – вслух напоминаю, огибаю мужчину и несмело толкаю его к арке.

Поразмыслив, он поддается, иначе я бы и с места не сдвинула эту махину.