Давай поспорим? (СИ)

А сейчас с сентября возвращаюсь в строй. Последний год остался. А вы? Вы же уже защитили дипломы и что? В свободное плавание?

— Да, мы как раз за дипломами и приехали. Слушай, давай посидим в нашем кафе у института, как раньше. Поделимся новостями? — спросила Машка. Помню как с ней мы пользовались одними шпаргалками на двоих, пока нас не засекли и не отправили на пересдачу, противная культурология.

— Да, я с удовольствием!

Наше кафе через дорогу было сегодня свободно от студентов. Лето! Ну что ж, значит мои любимые маковые булочки никто не разобрал. Мягкие, свежие, ароматные. У меня уже текут слюнки от одного только воспоминания. А какой там восхитительный латте!

— Девочки, ну расскажите, как прошел ваш последний год? Как защитились? Что у вас с работой? — мне правда интересно, как жили все это время они.

— Ой, вот какая ты хитрая. Пропала на целый год, а мы должны ей все теперь рассказывать, да девочки? — обиженно сказала Карина."

"— Ну хорошо… — поднимая руки, сдаюсь я, — у моей мамы проблемы со здоровьем, что нужна операция. Не у нас, в Германии. Поэтому я была вынуждена взять академ, чтобы зарабатывать деньги на наши расходы и немного откладывать на то время, когда мы будем за границей.

— Настя, ты почему молчала? Мы бы помогли…

— Чем, Ась? Это не маленькие деньги. Вы сами еще студентки.

— Мы бы что-нибудь придумали. Есть же всякие фонды, которые помогают собрать нужную сумму.

— Нужная сумма у нас есть, потому что мы продали нашу квартиру, — остановила я поток никому уже не нужных предложений.

— Вашу? Твою квартиру? В который ты выросла? — изумилась Карина. Она сама не понаслышке знает, что такое отдать дом, в которым ты вырос: ее семья была также вынуждена попрощаться с квартирой, правда, чтобы купить дом.

— Да, Карин. В моей комнате теперь будет жить пятилетняя девочка.

Я люблю детей, насколько их можно любить в двадцать четыре года, не имея свою семью. Но именно сейчас я готова выть от того, что какая-то мелкая засранка будет спать на том же месте, что и я, смотреть на детскую площадку, что видна из моего окна, да просто играть в МОЕЙ комнате. Так и хочется ее ущипнут, толкнуть, даже украсть ее любимую игрушку, лишь бы вызвать ее слезы и истерику. И тогда именно это ее состояние будет показывать то, что творится у меня внутри.

— А где же вы будете жить? — задала болезненный для меня вопрос Машка.

— Честно, Маш? Я не знаю. Почему-то этот вопросы мы никак не можем сесть и обсудить с мамой. Скорее всего снимать какую-нибудь комнату. Или что сможем потянуть.

— Печально все это, Насть. Но ты знаешь что, — заговорчески посмотрела на меня Карина, — теперь ты просто так у нас не пропадешь. Если нужна будет помощь, ты звонишь нам и все рассказываешь. Да, девочки?

— Конечно, Насть.