Единственная для Цербера

Решила, что в следующий раз, когда мы встретимся я подготовлю ему записку, где обо всем расспрошу и попытаюсь незаметно оставить ее в квартире.

Лиза завершила уборку, выключила пылесос и вопросительно уставилась на меня, ожидая следующего приказа.

— Можешь идти, — отпустила девушку.

Та подошла ко мне, протянула ключи от кабинета и вышла. Я закрыла за ней дверь, а сама осмотрелась в кабинете, решив осмотреться. Открыла несколько шухляд в столе, осмотрела какие-то папки, документы. Верхний ящик был закрыт на ключ, и я подозревала, что нужные документы находились как раз таки там или в сейфе, вмонтированном в стену.

***"

"Через несколько дней я собралась к Тимуру с самого утра. Надела длинное платье, покормила Давида, поместила малыша в люльку и направилась на выход, оставив сына с няней. До больницы добралась на автомобиле с водителем, после чего поднялась на этаж к Тимуру и застыла посредине коридора, потому что его выводили из палаты в наручниках.

— Что происходит? — я тут же подалась вперед, но меня остановил полицейский.

— Вам нельзя к нему, — строго проговорил он, на что я только удивленно вскинула брови и стала вырываться.

— Что происходит? — снова крикнула я. — Тимур.

— Пустите, — услышала его голос, но его по-прежнему держали трое парней. — Отпустите, — снова приказал он, но его не слушали.

Он стал вырываться, но его крепко удерживали, ударили несколько раз какими-то дубинками, заставив меня заплакать. Он только после операции, а они его так… Тимур вырывался, но безрезультатно, его продолжали тянуть к выходу, а я стояла, удерживаемая каким-то пареньком и ничего не могла сделать.

Это продолжалось до тех пор, пока из лифта не вышел тот самый мужчина, который приходит к Тимуру несколькими днями ранее.

— Тимур, успокойся. Отпустите его, — полиция тут же отошла от Тимура, и он поспешил ко мне. Подошел, толкнул того, кто удерживал меня и сжал мое хрупкое тело в своих объятиях.

— Тимур, — прошептала я и прижалась к нему сильнее. — Что происходит?

— Я не знаю, — тихо ответил он, поцеловав меня в шею. — Не знаю. У них есть какие-то доказательства. Бешеный тоже не в курсе. Аня, у меня нет времени, я должен идти. Обещаю тебе, что вернусь, — он отстранился от меня и заглянул в глаза.

Почувствовала, как по моей щеке скатилось несколько слез. Было больно осознавать, что несмотря на все усилия его забирают. Я и представить не могла, каково там… в тюрьме.

— Я не могу тебя отпустить, — глотая слезы, проговорила я. — Не могу.

Он лишь слабо улыбнулся, обнял меня еще раз и, сжав руки в кулаки отстранился и отошел.

— Все будет хорошо.

Он протянул руки полиции и подождал, пока на его руках защелкнут наручники.

— Тимур, — крикнула я.