Городской тариф

Соня в глубокой депрессии, мало того, что с отцом такое несчастье, так еще и Антон ни с того ни с сего ее бросил. Я остался один, без Наташи. Вы же разрушили наши жизни, неужели вы этого не видите?! Вы боролись с собственным чувством вины, а погубили всех нас.

- Ты что несешь? - возмущенно проговорил Камаев, медленно поднимаясь с кресла и возвышаясь над столом в своем кабинете в офисе и над сидящим напротив него Ильей Бабицким. - Кто дал тебе право говорить мне такие вещи? Что ты вообще про меня знаешь?

- Достаточно, вполне достаточно, чтобы говорить то, что я сказал, - безучастно ответил Илья Сергеевич. - За пять с лишним лет мы с вами часто и подолгу разговаривали, и вы, сами того не желая, рассказали мне о себе очень многое. Я просто умею слушать. И я не так глуп, как вы надеялись.

Он встал и пошел к двери, опустив плечи. Вот и все. Пять лет упорной работы, пять лет взаимной любви. И все закончилось. Осталась только пустота и горечь.

***

Профессор Ионов ознакомился с последними отчетами по московскому исследованию и по личности Анастасии Каменской. Для уточнения деталей к нему пригласили начальника Каменской, Константина Большакова, давнего участника Программы, которого в целях проведения эксперимента выдвинули из резерва на передовую. Суть эксперимента состояла в том, что в нескольких регионах назначали на должность резервистов Программы, которые начинали работать так, как полагается, и формировать высокопрофессиональное кадровое ядро своих подразделений. В момент назначения резервистов в их подразделениях проводились комплексные монографические исследования с целью получить полную и всестороннюю картину профессионального уровня сотрудников, их компетентности и мотивации. Через год исследование предполагалось повторить и провести сравнение, чтобы понять, насколько грамотная деятельность честного руководителя повлияла на эффективность работы.

Кроме того, по запросу Евгения Леонардовича специалисты составляли характеристику подполковника Каменской на предмет решения вопроса о ее пригодности к работе в Фонде. Характеристика оказалась неутешительной: Каменская к работе не пригодна. Она слишком сильно мотивирована на свою работу и не хочет менять ее ни при каких условиях. Ионов понимал, что такие предложения, как предложение участвовать в сверхсекретной Программе, могут делаться только тогда, когда гарантированно не получишь отказ. В противном случае вся секретность полетит в тартарары. Каменская откажется, таков был непреложный вывод специалистов-психологов. Поэтому с ней даже не имеет смысла разговаривать.

- Поздравляю тебя, Костя, - Ионов сердечно пожал руку Большакову. - Ты очень хорошо начал, эксперимент пока идет успешно.