История «не»мощной графини

Торговец, явно не ожидавший столь крупной покупки, на секунду растерялся, но потом быстро смог взять себя в руки.

– Конечно! – низко склонился он. – Сию же секунду все запакую!

Ушло совсем немного времени на то, чтобы выбранные вещи были аккуратно завернуты в бумажные свертки и обвязаны крученой веревкой.

– Госпожа, – лавочник держал в руках купленное мной, – если вы позволите, мой сын донесет ваши покупки до экипажа.

– Спасибо, – ответила я, не зная, как сказать, что экипажа-то у меня нет, хотя для аристократа это недопустимо, – но мы хотели посетить еще одну лавку.

– Тогда тем более примите помощь, – покачал головой мужчина. – С вашего разрешения Ронэнс сопроводит вас. Он не доставит хлопот, не волнуйтесь, просто хочу отплатить благодарностью за вашу покупку.

Немного подумав и ""побеседовав"" взглядом с Инессой, я решила не отказываться от носильщика, тем более, что по плану у нас был поход в лавку игрушек.

– А теперь игрушки, – лукаво улыбнулась я.

Что сказать, игрушки этого мира разительно отличались от нашего. Из дерева и ткани, но, как по мне, так даже лучше, ведь все из экологически чистых материалов.

– Красивая, – с придыханием произнесла Инесса, когда я остановилась возле одной из искусно сделанных машинок.

– Мне тоже нравится, – кивнула я в ответ. – Вот эту, пожалуйста, – обратилась к торговцу, находящемуся рядом.

Передав игрушку в крепкие руки Ронэнса, мы отправились дальше путешествовать по рынку."

"Лавку с лакрицей и яблоками в карамели мы тоже не обошли стороной, купив всего понемногу. За ней последовала булочная, которая осталась одна на весь рынок, ведь другую Лимар закрыл, выкинув алчного торгаша за шкварник. А потом моего внимания коснулся прилавок с навесными плетениями, украшенными разноцветными перьями и бусинками.

Выбрав самый красивый ловец, мы отправились ловить экипаж.

Время уже было вечернее и следовало поторопиться с возвращением в поместье, которое теперь охранялось.

Мы направились к воротам рынка, но тут моего слуха коснулся скулеж, доносящийся из едва приметного переулка.

– Что такое? – нахмурилась я, вздрагивая от очередного жалобного, просящего о помощи воя.

– Госпожа, нам лучше уйти, – внезапно послышался голос Ронэнса, который до этого сохранял молчание.

И вновь скулеж, разрывающий сердце…

– Что происходит?! – резко обернулась я к парню, чуть старше моего возраста.

– Лови его! Лови! – орал кто-то взволнованно из того самого переулка.

– Твою же мать! Криворукий! По башке его! По башке бей!

Не вынося происходящего, я, забывая о покупках, рванула на голос, гонимая оглушающим сердцебиением собственного сердца.