Леди второго сорта

— Ты-то сам как? Начальство давит?

— Ты же знаешь Нортона. Ему нужен результат. А я ни на шаг не продвинулся. Еще и Каллеман этот под ногами путается...

Рэндальф добавил что-то еще, но так, что я не разобрала ни слова, а потом в комнате наступила тишина.

Интересно, что они там делают? И о каком деле говорил Давенпорт? А главное, при чем тут Каллеман? Я прижалась щекой к двери, пытаясь расслышать хоть что-нибудь, но из-за дубового полотна не доносилось ни звука.

— Миледи, прикажете подать к обеду приборы для гостей?

Вопрос Петерсона заставил меня вздрогнуть и нажать на рычажок. Кресло дернулось, отъехало от двери, и я оказалась рядом с застывшим посреди коридора дворецким. Надо же, так увлеклась, что даже не заметила, как он подошел.

— Думаю, да, — сделав вид, что и не думала подслушивать, а просто так сидела под дверью, ответила Петерсону. — Не знаю, как лорд Давенпорт, но лорд Хольм здесь надолго, так что нужно будет пригласить его к столу.

— Я мог бы достать из подвала бутылочку лафита, — предложил дворецкий.

Он распрямился, в блеклых серых глазах мелькнуло что-то живое, да и сам Петерсон словно разом помолодел на несколько лет.

Я собиралась ответить, но в этот момент дверь кабинета открылась, и на пороге показался Давенпорт.

— Белла? Ты здесь?

Он взглянул на меня с недоумением и спросил:

— Что ты тут делаешь?

— Хотела узнать, останетесь ли вы на обед.

Я вопросительно посмотрела на опекуна.

— Нет, — отказался Давенпорт. — Мне нужно идти.

На его лице мелькнуло странное выражение, но разобраться, что оно значило, я не успела. Опекун кивнул и быстро пошел к выходу.

— Милорд, я подам ваше пальто! — спохватился Петерсон и, шаркая, припустил следом, а я, посмотрев на дверь кабинета, вздохнула, и тоже поехала в холл.

В голове крутились обрывки подслушанного разговора. Выходит, Лукас ищет артенид для того, чтобы вернуть возможность чувствовать пару. И нужно это не только ему, но и всему клану. А дед Беллы как-то замешан в том, что волки эту самую возможность утеряли. Получается, именно поэтому Хольм так меня не любит? Но это же глупо. Я, точнее, Белла, не имею никакого отношения к той старой истории. Или есть еще что-то, чего я не знаю?

— Темного дня, лорд Давенпорт, — вырвал меня из размышлений голос Петерсона.

Дворецкий закрыл дверь за Рэндальфом и неловко пригладил жидкие волосы.

— Так что насчет лафита, миледи? — обратился он ко мне. — Подавать?

— Подавай. Уверена, лорд Хольм не откажется от хорошего вина.

— Мне тоже так кажется, миледи.

На бледных губах дворецкого мелькнула едва заметная улыбка.

— Петерсон, а у тетушки часто бывали гости?

— У леди Бернстоф? Нет, миледи. В последние годы в особняк никто не приходил. Кроме лорда Давенпорта, разумеется.