Муж лучшей подруги

— Сейчас этим можно кого-то удивить?

— Рита была для тебя идеальной парой, — кажется отец не слышит того, что я хочу ему донести.

— Знаешь, пап. Порой совсем нельзя объяснить, почему происходит так и никак иначе. Я хочу быть рядом с Лидой, хочу жить с ней, хочу воспитывать вместе её ребёнка и может быть даже парочку общих, — сам не верю, что говорю ему всё это.

Но это откровение — чистая правда. Отец отрицательно мотает головой и пренебрежительно похлопывает меня по плечу.

— Наша семья никогда её не примет, сын. Мы за то, чтобы ты как следует всё обдумал и вернулся к Рите.

Глава 40

Артём.

Я всегда стремился к тому, чтобы отец мной гордился. Все мои успехи в школе, спорте, университете были направлены на его скупое одобрение. Скупое, потому что хвалить и поощрять он не умел и не любил, а я только и делал, что пытался хоть как-то всё это заслужить."

"— Наша семья никогда её не примет, сын. Мы за то, чтобы ты как следует всё обдумал и вернулся к Рите.

— Главное, что её принял я, отец, — отвечаю твёрдо, выдерживая его суровый взгляд.

Серые глаза, похожие один в один на мои, прожигают меня насквозь, но я уже не маленький мальчик, чтобы бояться его гнева.

Отец просчитался, если подумал, что я тут же переметнусь на его сторону и откажусь от Лиды. Он уходит, лишь коротко попрощавшись, высказывая своим поведением пренебрежение ко мне.

Рабочий день близится к завершению. Я захлопываю крышку ноутбука и потираю от усталости переносицу.

— Артём Сергеевич, Вы уже заканчиваете? — на пороге показывается Лида и закрывает за собой дверь на три оборота.

Я заинтересованно смотрю на неё. Есть сейчас в её походке что-то соблазнительное и игривое. Настроение, которое было на нуле тут же повышается, и я поднимаюсь с места, обхожу рабочий стол и опираюсь об него бедрами, сложив руки на груди.

Приподнимаю брови от удивления, когда моя несмелая Лида сейчас на ходу снимает с себя одежду. Сначала расстегивает крупные черные пуговицы на пиджаке, затем распускает светлые волосы по плечам. Щеки покрываются едва заметным румянцем и немного видно, что играть в коварную соблазнительницу ей непривычно.

— Я хотела, чтобы последний мой рабочий день запомнился для нас надолго, — произносит Лида, расстегивая верхние пуговицы своей рубашки.

Становится напротив меня на расстоянии вытянутой руки и постепенно, неторопливыми движениями, оголяет своё тело. Фантазия в моей голове распаляется с каждой секундой сильнее, а выпирающая эрекция видна теперь невооруженным взглядом.

Она делает ещё один шаг ко мне и плавно опускается на колени. Кладёт свою ладонь на мою выпуклую ширинку и поглаживает твердость сквозь ткань брюк.

— Это было моей тайной фантазией номер один, — произношу хриплым голосом, и Лида продолжает касаться меня.