Наваждение Монгола

Пальцы сжались, сердце качнуло вскипевшую кровь по жилам…

Пульс в висках отдал болезненным стуком, тело пришло в полную боеготовность. Хотелось с грохотом перевернуть стол, так, чтобы вдребезги и в щепки, подойти к девчонке, дернуть за руку, чтобы обернулась.

Кулак захрустел, а мышцы скрутило от желания…

Показалось, что Ярославу вижу.

Ее тонкую талию и округлую попку, которой она подмахивает, заставляя монетки звенеть.

И сразу ярость и пелена перед глазами, аффект, потому что другие мужики палятся и уже в следующий миг девка повернулась и морок спал. Тело расслабилось.

Словно не меня только что так плющило. Отпустило. Выветрилось на раз. Не она.

Выдыхаю. Беру с низкого столика бокал.

– Монгол…

Поворачиваю голову в сторону Каца и встречаю прищуренный белесый взгляд. Ничего не пропускает. Считывает. Иначе не был бы тем, кем стал. Старый друг. Некровный брат.

Приподнимает бровь и головой кивает в сторону сцены:

– Девка знакомая, что ли?

– Не совсем.

Окидывает меня проницательным взглядом. Ждет ответ.

– Напомнила кое-кого.

Встречаю пристальный взгляд. Кровавый ничего не говорит, тянет уголок губ в ухмылке."

"– За здоровье, брат, – поднимает свой и опрокидывает махом.

А я в тот же день покупаю для Ярославы восточный наряд. Уже знаю, что она для меня будет танцевать. По-любому. Потому что хочу. И только от одной картинки скулы сводит.

Почти обнаженная, красивая, желанная.

И доступная только для моих глаз.

Помутнение. Наваждение. Черт знает что.

Но когда красотка с пылом заявила, что станцует для меня в обмен на звонок, я готов был ее придушить. Потому что хотел, чтобы она танцевала просто так, для меня, по собственному желанию.

Что-то внутри вспыхнуло, загорелось, захотел посмотреть на ее танец. До трясучки. До безумия стало необходимым увидеть наряд, что привез для нее.

Хотел, чтобы начала понимать свои ошибки, а попал сам.

Дал ей время до вечера. Вопрос только в том, ей или себе?! Когда приехал, первое же, о чем подумал, спустившись с трапа – дом, затерянный в лесу, неприступная крепость, которую выстроил, и девушка, что оставил там.

Сумасшествие, но едва удержался от того, чтобы не гнать, чтобы не лететь на полной скорости.

Списал все на странности. А когда вошел в дом. Сразу почувствовал, где Ярослава. И речь тут уже, не знаю, о чуйке, отработанной годами, или и вправду тянет туда, где она.

Прошел беззвучно и услышал ее крик, обвинения…

– Я не овца и не собираюсь сдаваться на заклание! Твой хозяин просчитался! Слышишь, Рения?!

Пальцы захрустели от того, что сжались, захотелось заехать кулаком в стену. Ярость вспыхнула в груди, но я лишь смотрел на праведный гнев невесты Айдарова. Рассматривал, как блестят глаза, как раскраснелись щеки.

Даже сейчас в пылу гнева офигенно красивая.