Неопознанный ходячий объект

Поняв, что разговор окончен, мы простились и покинули дом Августы Поликарповны.

– Он что-то знает, – тревожно зашептала я.

– Дураку ясно. Только вот что? Уверена, на болоте чертовщиной не пахнет, там кое-что похуже.

– Что похуже? – нахмурилась я.

– Ну, не знаю, – пожала плечами Женька. – Но идти туда он боится вовсе не из-за Кукуя.

– Точно. И намекнул, если б не оторванность деревни от окружающего мира, этого безобразия здесь не было бы.

– Что ж там такое? – нервно кусая губы, бормотала Женька. – Как на этот остров пробраться, хоть бы одним глазком взглянуть…

– Надо поговорить с участковым, – решила я. – Он при исполнении, и ему всякую чушь про Кукуя говорить неприлично, а местность он должен знать. Вот и отправимся с ним.

– А может, здесь какая-то сатанинская секта? – выдвинула предположение подружка. – Окопались на острове и не хотят, чтоб об их тайнах кто-то знал?

– Нечего гадать, надо сходить и проверить. Завтра с утра поедем к участковому.

– Как? – поморщилась Женька. – Ты ж знаешь, у местных ни одной лодки. Надо двигать пешком до Фрязина, а там автобусом до райцентра, потом опять автобусом до другого райцентра и уж только оттуда в Заручье. Хорошо, если к вечеру доберемся.

– Ну и что, назад можно на твоей машине.

– Я у Маринки спрашивала, от Фрязина проедешь только на джипе, а еще лучше на гусеничном тракторе.

– Мы можем попросить лодку у Марьи Павловны.

– Ты что, забыла, она перед ужином сказала, что лодка совсем никуда не годится, а новой взять негде. Еще жаловалась, что хлеб подмок, а починить лодку некому.

– Хорошо, – теряя терпение, кивнула я. – В конце концов, мы можем просто переплыть речку, сложив вещи в пакет, и…

– Я плохо плаваю, а здесь течение.

– Не болтай глупостей. Течение так себе, а плаваешь ты вполне прилично.

– Ну, ладно. Завтра видно будет.

Между тем мы достигли дома Ивана Ивановича и смогли лицезреть его самого, теперь он сидел за столом возле окна и пил чай. Мы устроились в кустах напротив, расположившись с возможными удобствами, предполагая, что ждать придется не один час. Вскоре стемнело, и деревня точно вымерла. Иван Иванович зажег керосиновую лампу и вновь устроился у окна с книгой в руках.

– Он нас засек, – заволновалась подружка.

– Почему ты так думаешь? – испугалась я.

– Неужто не ясно, он нам нарочно демонстрирует, вот он я, дома сижу и никуда не собираюсь. Уверена, ночью, когда ты в окно мельницы заглядывала, он тебя видел и теперь насторожился.

– Вот черт, – выругалась я, решив, что Женька, пожалуй, права.

Почитав с полчаса, Иван Иванович убрал очки в футляр, исчез в глубине комнаты, где-то минут через пять вновь появился, чтобы задуть лампу.

Деревня окончательно погрузилась во тьму, а мы с Женькой стали ждать, что будет дальше.