Обет на крови

Мне показалось, он просто трепался. Ему раза три звонили, кто не знаю, имени он не называл, да особо и не разговаривал, только в последний раз сказал, типа, жду или встречаю. Потом уехал. Вроде дружок какой-то за ним заехал. Его «БМВ» до утра возле дома стояла. Обещал ежемесячно приезжать, деньги для семьи привозить. А я сама готова последнее отдать, лишь бы он отвязался от меня. Никакой жизни. Мужика себе завести не могу. Ведь убьет же его этот подонок. Для Ангела это как капусту срубить.

– Ясно. Спасибо, Оля! Ты, пожалуйста, о нашем разговоре никому ни слова, ладно?

– Само собой! Что я, не понимаю? Один вопрос можно?

– Давай!

– Ты из дома звонишь?

– Да!

Ольга вздохнула:

– И мужчина, что поселился у тебя, рядом?

– Да!

– Видный мужик. Стоящий, сразу видно! Я хоть и встречала его на улице всего один раз, но сразу поняла, из настоящих он. Тебе бы завязаться с ним, если, конечно, не женатый. Глядишь, и счастье обрела бы.

Надежда смутилась:

– Ну, о чем ты? Мужчина просто постоялец. Поживет с недельку и уедет.

И увидев, как посерьезнел прапорщик, добавила:

– А вообще он хороший, стоящий, в этом ты права! Ну, пока, Оль! Удачи тебе!

– Где б ее еще взять?

– Ничего, придет и твое время!

– Хотелось бы!

– До свидания!

– Пока! Звони, не забывай!

Надежда повесила трубку, присела на пуфик возле телефонного столика:

– Вот так, Петя! Ольга на тебя глаз положила! Интересно, а как она тебе?

– Господи, ну о чем ты говоришь, Надя! Уж не знаю, где она меня встречала, но я ее точно не видел. Даже не имею представления, как выглядит твоя подруга.

– Она красивая и несчастная.

– Ладно! Хватит лишних разговоров. Женщин в принципе некрасивых не бывает, а счастье – понятие растяжимое. Главное другое, почему именно в ночь убийства собственной жены Ангел спрятался у бывшей супруги?

Надя предположила:

– Может, совпадение?

Петр взял ее за руку, провел в комнату. Включил телевизор и камеру. Экран сохранил глаза Ангела, спросил:

– Тебе этот взгляд никого не напоминает?

Надежда задумалась:

– Что-то знакомое!

Прапорщик указал ей на полузакрытое фото:

– А в сравнении с этим?

Надежда посмотрела на снимок, потом на экран, закрыла ладонью рот, прошептав:

– Так это же глаза Ангела! В маске! Где ты его снял?

– Забыла, что я снимал погром на рынке?

– Там?

– Там!

– И что он делал?

– Хочешь посмотреть?

– Да!

– Не стоит. Кадры страшные!"

"Надежда сглотнула возникший внезапно в горле ком:

– Ничего. Как-нибудь.

– Ну, смотри, а я пока нашатырь достану, чтобы в случае чего в чувство тебя привести.

Нашатырь не потребовался, но Надя была потрясена.

Она долго и задумчиво смотрела в отключенный, погашенный экран телевизора.