Он её ад

Одну ладонь положил на мою талию, ощутимо сжимая ее, а второй начал расстегивать ремень на своих джинсах.

17. Утро

В голове не осталось ни единой мысли, а те, что появлялись — лениво затухали и растворялись в вакууме. То, что Яагер делал со мной, было запредельно острым, интимным и запретным. Мир сузился до небольшого пространства в душевой, там, где соприкасались наши тела.

Он полностью разрушил мои представления о том, что могут делать парень и девушка. Раньше я думала, что взрослые отношения — это поцелуи, объятия, и, спустя какое-то время наступает близость, при которой девушка теряет свою невинность. Но я даже не представляла, что возможно вытворять одними лишь прикосновениями. Делать такое. Заставить взмыть к небесам, а после упасть на землю, чувствуя, как силы покидают дрожащее тело. Как падающие на пылающую кожу капли воды вызывают отголоски удовольствия от тех прикосновений, что были."

"Чувствуя, как Матиас сжимает в объятиях мое обмякшее тело, не позволяя упасть, и как колотится в груди сердце, я не знала, кем себя считать. Физически я была еще невинна, но выбросить из мыслей это утро я уже никогда не смогу. Яагер продемонстрировал мне те грани близости, о которых я даже не подозревала.

Он поцеловал меня снова, и я ощутила, как его мышцы напряглись, сжимая меня в объятиях еще теснее. Предельная осторожность исчезла из его прикосновений, и теперь я чувствовала едва сдерживаемое напряжение, которое Яагер хотел бы отпустить.

Я не знала, сколько времени мы провели здесь и поэтому беспокойство кольнуло в сердце.

— Нам надо вернуться. — едва слышно произнесла я.

В этот раз Матиас отпустил меня. Осторожно, придерживая за руку и наблюдая, как я на дрожащих ногах держу равновесие. Выключив воду, он вывел меня из кабинки и усадил на скамейку возле моих вещей, а потом, взяв полотенце, накрыл мое тело.

Одевалась я неловко. Казалось, что тело меня никак не хочет слушаться — я все время промазывала мимо рукавов, забыла снять пленку с гипса, и умудрилась поначалу надеть штаны наизнанку. Краем глаз я видела, как Яагер снял одним движением промокшую насквозь футболку, и, прежде чем он отвернулся к шкафчикам, чтобы взять сухую одежду, я заметила на его плече алые отпечатки от моих пальцев и едва заметные царапины. Я умудрилась сжимать его настолько сильно, что вскоре у него может быть пять маленьких синяков.

И хотя это был мужской колледж, где парни постоянно получали какие-нибудь синяки или что похуже, мне казалось, словно эти, на теле Матиаса, были слишком неправильными для этого места и подозрительными. Возникло тревожное чувство, словно стоит кому-то их увидеть — и он сразу узнает, что это была рука его соседа по комнате.

Мне стало дико стыдно, и я отвернулась, надеясь, что ошибаюсь.