Он её ад

Пыталась ее запомнить, так как понимала, что по пути могли быть обрывы связи.

Идти было тяжело. Куда труднее, чем я предполагала. Тело все так же невыносимо болело и каждый шаг отдавался далеко не самыми приятными ощущениями. Порой я утопала в снегу, но ни разу не останавливалась. Страх подгонял. Боязнь того, что я потерялась и тут в снегу на смерть замерзну. Уже сто раз я пожалела о своем решении уйти из колледжа, но и вернуться уже не могла.

Именно поэтому я не решалась идти в этот поселок. Понимала, что это самый последний выход. И самый опасный.

Но сегодня решилась и понимала насколько ужасной была эта идея.

Когда я издалека увидела поселок, чуть не заплакала от счастья. Я бы это сделала, если бы была в состоянии, ведь уже несколько раз успела попрощаться с жизнью.

К уютным домикам добиралась из последних сил и, стучала в ближайшую дверь уже онемевшими пальцами.

Мне открыла пожилая женщина, которая сразу завела меня в свой дом. Отогрела и вызвала местного врача. Вплоть до вечера я пробыла у нее. Узнала, что тут можно снять один из домиков и, опять одевшись, поплелась к дому мужчины, который его сдавал. Заплатила за ближайшую неделю и, взяв свой пакет, пошла к своему новому и временному жилью.

Зайдя в него, я лишь бегло оглянулась. Опустила пакет и, не снимая обуви и куртки, просто упала на диван. Как же я устала.

20. Одна

Домик, который сдал мне мужчина, был небольшим, но очень теплым и уютным. На его оплату ушла большая часть денег, которую я заняла у Ливена: если бы сейчас был не сезон, вышло бы дешевле, но, к сожалению, я пришла в это поселение именно тогда, когда оно начало пользоваться популярностью у альпинистов. Мне предстояло подумать о подработке, но я отложила эти мысли.

Впервые за долгое время я смогла запереть дверь и остаться одна.

Лежа ночью на удобной, хоть и узкой, кровати, я смотрела в темноту за окном, где ветер швырял пригоршни снега, и впервые ощутила, как отпускает уже привычное за эти недели чувство напряжения и опасности. Я могла принять душ, не считая каждую секунду, могла поесть, не опасаясь, что кто-то перевернет на меня поднос, и могла спокойно жить, не ожидая, что меня в любую секунду могут поймать и избить.

Закрыв глаза, я подумала о том, что не могу больше злиться на Коена за побег.

В итоге, я ведь поступила так же.

Мой телефон выключился, похоже, от холода, и это я заметила только утром. Поставив его на зарядку, я увидела, что связь тут ловит, но плоховато, и тут же получила несколько сообщений о пропущенных вызовах от Ливена.

Отдернув штору, я зажмурилась от ослепительно яркого солнца, а после, сидя в кровати, набрала номер друга. Он принял вызов сразу же, словно ждал моего звонка.

— Грейс… — выдохнул он с явным облегчением. — Ты… я думал, с тобой что-то случилось.