Он её ад

Не жизнь, а ад какой-то и я просто не выдержу, если в итоге и ты меня бросишь, — я уткнулась лицом в грудь Матиаса и сильно зажмурилась. Сейчас я говорила предельно честно, полностью открывая ему душу. — Ведь одно дело быть одной и надеяться только на себя. Совсем другое — довериться кому-то и в итоге остаться ненужной этому человеку. Тем более, черт… Ты для меня уже не просто «кто-то». Мне правда страшно.

Я прикусила губу и сильнее зажмурилась. Яагер давал мне надежду на то, что в жизни могло быть иначе, а я этого боялась. Ведь надеждам свойственно разбиваться и в моем случае после этого я уже опять не смогу встать на ноги.

Матиас притянул меня к себе и обнял. Крепко. Настолько сильно, что теперь даже каждый вдох давался с трудом, но объятия Матиаса были просто невероятно приятными.

— Я никогда тебя не брошу. И ты меня не бросай.

Я кивнула и обняла его в ответ. Душа трепетала настолько сильно, что я сама того не замечая, улыбалась. В это мгновение мне было по-настоящему тепло. Не только физически, но и душевно.

— Ты так хорошо помнишь нашу первую встречу? — спросила. Мне было хорошо даже, когда мы молчали, но сейчас не хотелось тишины. Поэтому спросила первое, что пришло в голову.

— Ты была одета в джинсовый сарафан и белую майку. Джос держал тебя за руку, но мне казалось, что ты вообще хотела спрятаться за него. Боялась меня?

— Возможно, — не стала лгать. Матиас всегда казался пугающим и я прекрасно помнила, что первое время вовсе пыталась его избегать. Поэтому не исключала того, что в первую нашу встречу я могла отреагировать на него именно так. — Я все еще не могу привыкнуть к тому, что, оказывается, нравилась тебе еще, когда встречалась с твоим братом.

— Какая сумма твоего долга?

От этого вопроса я вздрогнула и сжалась.

— Зачем тебе это?

— Хочу знать.

Я замялась. Вообще не хотела об этом разговаривать, но в итоге на выдохе произнесла:

— Тридцать тысяч. Изначально сумма была меньше и я ее постепенно отдавала, но потом мой долг был передан другому человеку и начались огромные проценты. Я и тридцать тысяч с годами могла бы отдать, но ежемесячная выплата выросла настолько, что стала больше моей зарплаты и мне сказали, что если я не буду платить исправно… — я запнулась. — Я убежала.

— Кто забрал твой долг?

— Я не скажу тебе, — я отрицательно качнула головой. — Матиас, пожалуйста, даже не пытайся помочь мне с долгом. Там уже ничего не сделать. Тот человек очень страшный и уже дело не в деньгах. Обещай, что не будешь лезть во все это.

Матиас ничего не ответил. Лишь сильнее прижал к себе, а я сделала глубокий вдох и опять уперлась лицом в его грудь.

— Ты поступаешь не очень умно, начиная встречаться со мной. Это опасно для тебя.

Матиас поддел пальцами мой подбородок и заставил поднять голову.