Отец поневоле (СИ)

Брат Назара закрывает за собой дверь и перестает улыбаться.

— Для начала хочу извиниться. За слова про Ольгу. Шутка вышла так себе. Не было у них ничего.

— Хорошо, я тебя услышала и приняла извинения.

— Отлично! Но это еще не все… — Мирон смотрит пытливо и многозначительно.

— У тебя еще какие-то претензии ко мне? — не выдерживаю его давления.

— Скорее просьба. Не делай ему больно.

— Я и не собираюсь!

Брат Назара усмехается кривовато.

— Ты не помнишь многое, понимаю. Но я-то да. И я видел, что с ним сделал ваш развод. И не хочу снова вытаскивать брата из того же дерьма.

Меня коробят его слова. По идее понятно, брат переживает за брата. Но мне становится неприятно, что Мирон может так думать про меня. А еще до меня доходит, что намек про другого мужика, возможно, взят не с потолка.

— Не понимаю, о каких планах речь, — произношу, чуть успокоившись.

Мирон снисходительно смотрит.

— Не играй со мной, Полин. Не вывезешь.

— Это угроза?

— Что ты, просто совет. Да, у вас сын. Но это не значит, что ты сможешь безнаказанно крутить жизнью Назара, поняла?

— Значит, все-таки угрожаешь, — говорю, а у самой сердце колотится в бешеном ритме.

— Предупреждаю. Однажды ты уже ушла от него. Хотя клялась в любви.

— Я не собираюсь перед тобой оправдываться. Наши с Назаром отношения тебя не касаются!

— Ошибаешься, Полинка, — зло цедит Мирон. — Это не ты собирала его по кускам и возвращала к жизни. И второй раз я не допущу, чтобы…

Договорить он не успевает. Открывается дверь, и на пороге появляется сам Назар. Он удивленно смотрит на нас, а затем мрачнеет.

— Что здесь происходит?

— Да вот, зашел заново познакомиться с родственницей, — небрежно отвечает Мирон, наконец, отходя от меня.

— Мир! — вдруг рявкает Адамиди. — Я тебя просил держаться подальше?

— Все-все, ухожу.

Мы остаемся вдвоем, я стараюсь не подавать виду, но это сложно.

— Что еще наболтал этот засранец? — требовательно спрашивает бывший. — Опять про Ольгу?

— Извинялся за ту шутку про нее.

— И поэтому у тебя такое расстроенное лицо?

Я лишь пожимаю плечами, надеясь, что развивать тему мы не станем.

— По-о-оля, — неодобрительно качает головой Адамиди.

— Все нормально, правда. Мне просто… сложно. Пожалуйста, не дави. И так все очень…

— Как я могу тебе помочь?

— Просто будь рядом.

Назар неохотно кивает, но больше не задает неудобных вопросов. Однако затишье длится недолго. Ровно до вечера, когда Платон уже спит, а мы с Назаром остается вдвоем в спальне после такого непростого дня.

Когда бывший муж достает небольшую коробочку и протягивает мне, я замираю и настороженно смотрю на ту.

— Что это?

— Открой.