Параллельные (СИ)
О чём книга «Параллельные (СИ)»
В книге "Параллельные" читатель оказывается в мире, где каждый ребёнок днем и сном исчезает из виду, но остается его игрушками. Ночью они снова появляются, принося с собой одежду детских воспоминаний. Но выясняется, что эти параллельные реальности — это не мазохизм и не умение сохранять на память всё хорошее, а та самая шок-формация, когда мир вокруг становится нереальным. Остается только наблюдать и думать о том, что за этой реальностью скрывается и как быть в условиях постоянного исчезновения ...
— А как вы всё же оказались здесь вместе? Вы общаетесь?
Мы с Кариной переглянулись, словно принимая это общее решение. Наконец-то я кивнул, а Павлова сбивчиво сообщила:
— Мам, у нас с Ильёй есть общий сын. Егор…
Она ещё не успела договорить, но уже поняла — мы пересекли ту черту, которую пересекать не следовало.
Я видел, как лицо мачехи искажалось, словно она на глазах превращалась в монстра из детских страшилок, которыми мы так любили пугать друг друга в детстве.
Хлёсткая пощёчина прилетела Карине прежде, чем я успел встать между ними.
— Мразь! — нечеловеческим голосом взвилась женщина. — Как ты могла покуситься на Машенькину мечту…
Поток брани лился из её рта потоком, но я не слушал, глядя лишь на шокированную Карину. Наверное, она не верила… не верила, что посмела надеяться на что-то другое со стороны матери. Но наши родители были теми, кем были… И дать нам что-то другое было выше их сил.
— Да чтоб ваш сын сдох!!! — визжала новоиспечённая «бабушка». И вот здесь я действительно разозлился.
— Ваша Машенька была редкостной сукой.
— Да как ты смеешь?! — она накинулась на меня со злыми ударами, но я с лёгкостью отодвинул этот мешок костей и маразма от себя.
— Знаете, самое печальное, что после смерти отца Карина оставалась единственным человеком, которому было до вас дело. А теперь вы навсегда останетесь здесь одна. Вы и лишь Машкин призрак, отравляющий жизнь всем, даже двадцать лет спустя.
Слова дались легко. Словно мне наконец-то удалось запихать прошлое туда, где ему и полагалось быть, — в прошлое. И выходя из бывшей родительской квартиры, я вдруг ощутил небывалую свободу. Чего нельзя было сказать о Карине: она выглядела так, будто собиралась вот-вот разреветься.
— Не слушай её, — настоятельно потребовал я. — Твоя мать больная на голову истеричка.
— Наверное, — с заминкой сообщила она. — Но от этого не легче…
Мы успели спуститься к выходу, когда в кармане брюк завибрировал телефон. Звонил один из людей Кости.
— Да, Игорь… — начал было я, но был бесцеремонно прерван.
— Илья Николаевич, какая-то женщина только что пыталась похитить Егора.
***
Нам повезло (не знаю, насколько это слово здесь уместно), и мой человек смог договориться, чтобы нас взяли на рейс, вылетающий через полчаса с вахтовиками, направляющимися в наш город. Связаться с Костей я так и не сумел, но меня заверили, что он с Егором, и я немного выдохнул.
— Какая-то полоумная женщина проникла в садик, — в который раз прослушивал я голосовое во время полёта, — говорят, что притворилась работником садика… напела что-то там про врача.
Карина на соседнем кресле сдавленно сглотнула. Она была белее мела, но держалась, подавляя все эмоции, которые явно просились наружу.
— Уволю всех на хрен, — решил я.
