Ревизор в Академии, или Пикантная особенность

Видимо, представила, как ее «отблагодарит» Хам.

Так что бодрой трусцой мы пронеслись по улочке, выскочили на небольшую площадь, где горланил продавец мороженого, взяли экипаж и выдохнули. Кажется, оторвались.

– Дэрин, ты замороженная.

– Я задумчивая, – поправила собеседницу, – и встревоженная.

Но, кажется, Анастейша меня не поняла. Так как махнула рукой и зевнула.

– Да забудь. Лучшая защита – нападение. Он тебе про «Усладу», ты ему – про «Акацию». Кстати, все равно не понимаю, что он там делал. Высшие после того, как нашли пару, ни на кого больше не смотрят.

– Даже если… э-э-э…

Тут я замешкалась, так как обсуждать интимные вопросы не привыкла. Одно дело с мамой, а другое – с демонессой, которую знаешь всего ничего.

– Что «эээ»? – с подозрением спросила Анастейша.

– Ничего. Не бери в голову.

А вот зря сказала.

– Только не говори, что вы не кувыркаетесь?!

Я старательно отвела взгляд и сделала вид, что за окном экипажа исключительно интересный пейзаж. Хотя кроме тротуара и зноя там ничего особенного не было.

– Дэрин?!

Я сделала то, что обычно делали эльфы в трудную минуту: состроила каменно-холодное выражение лица.

– Дэрин, это не прокатит!

Выражение стало еще более каменным, я аж на мгновение ощутила себя статуей с главной аллеи Академии.

Но Анастейша не пожелала входить в мое положение. Демонесса, что с нее взять.

– Ты держишь высшего на голодном пайке?!

Таким тоном сказала, словно я городскую стену начала ломать.

– Это мое дело, – буркнула сердито.

Не хватало вот только, чтобы мне бывшая любовница мужа советы давала.

Раздражения, правда, на Анастейшу не было. А та смотрела на меня едва ли не с ужасом и жалостью. А второе-то к чему? Мол, знала бы, что теряешь, глупая?

– И не жалко его тебе? – с надрывом поинтересовалась демонесса. – Он же с ума небось сходит!

Хорошо хоть не предложила себя вместо меня, подумала я, и тут же мне стало очень и очень стыдно.

– Не сходит, он ночами пропадает куда-то. И вообще на расстоянии держится! Всегда!

Признание вырвалось и получилось каким-то прямо жалостливым. Во всяком случае, Анастейша переменилась в лице и взяла меня за руку.

– Бедненькая. Сложно, да? У вас же обычаи разные, взгляды разные. Так проследи за ним. Не думаю, что по бабам бегает. Скорее, носится, чтобы жар скинуть.

– Что? – сначала не поняла я, а потом покрас-нела.