Шах и мат

Мы должны исправить это вместе. Давай выпустим заявление для прессы. Или купим рекламный баннер на самолете, чтобы все узнали правду. Хоть что-нибудь.

– Я не буду всем этим заниматься. Но ты можешь, если хочешь.

Я мрачнею еще сильнее:

– В смысле не будешь? Мои друзья и сестра прочитают статью и поверят во всю эту белиберду.

– Я с радостью объясню все твоим друзьям, или позвоню им по фейстайму, или куплю для них воздушную рекламу, чтобы все объяснить. Но рассказывать журналистам о своей личной жизни не собираюсь.

– Почему?

– Мэл, я понимаю, ты расстроена. Но со мной такое не впервые. С прессой бесполезно спорить, даже когда они неправы. Все, что ты можешь сделать, – это игнорировать их. Первое правило шахматного клуба: никогда не гугли себя.

Я накрываю кастрюлю крышкой и, скрестив руки, облокачиваюсь о стол.

– А я думала, что первое правило шахматного клуба гласит, что белые ходят первыми. Понимаю, слух о сестрах Бодлер больно по тебе ударил, но…

– Я имел в виду то дерьмо, которое они печатали о моем дедушке, – Нолан смотрит на меня ничего не выражающим взглядом. – А что за слух о сестрах Бодлер?

Смущенная, отвожу взгляд, ведь я знаю про эти сплетни, а он нет. Может сложиться впечатление, что меня волнует его жизнь.

– Просто… говорят, ты встречался с кем-то из Бодлер.

– Оу, точно. Там две сестры, да? Эмиль мне рассказал.

– Так это правда?

Нолан вздергивает брови:

– Ты знаешь, что нет.

Точно. Знаю.

– Тогда откуда взялись эти слухи?

– Одна из сестер была на какой-то вечеринке, куда меня заставил пойти менеджер. Это было в то время, когда я еще к ней прислушивался. Наверное, тогда я и понял, что с меня хватит.

Подаюсь вперед, опираясь на локти, ненавидя себя за то, что хочу услышать продолжение.

– Которая из сестер?

– У нее имя вроде начиналось с Дж.

Я вздыхаю. У обеих имена начинаются с Дж.

– И что случилось? Вы разговаривали, и ты не собирался… ну, понимаешь.

– А ты бы с ней замутила?

– Если бы была на той вечеринке? О да.

Нолан склоняет голову набок:

– И зачем?

– Что ты имеешь в виду?

– Что ты бы от этого получила?

Я пожимаю плечами:

– Мне нравится секс. Он заставляет испытывать приятные – порой даже очень приятные – ощущения. Особенно если ты в настроении, а твой партнер – интересный или привлекательный человек. Мне нечего стыдиться.

– Ты и не должна, – говорит Нолан, хотя по его тону я понимаю, что он сам до конца не осознаёт, что я имею в виду. Секс и влечение – это то, что он пока не распробовал. – Как насчет эмоциональной близости? Или духовной связи?"

"– Я это не отрицаю. Уверена, для разных людей секс подразумевает разные вещи, и уважаю выбор каждого. – Я отмахиваюсь от воспоминаний о прошлой ночи, когда общалась с Алексом.