Законный брак

Знал, что нельзя привязываться, нельзя испытывать никаких чувств, кроме ненависти, и не мог. Да и как можно ненавидеть Кэри? Девочку, которая выросла на моих глазах и превратилась в удивительную женщину, ту, один взгляд которой способен пробудить в мужчине пожар, а утолить его – лишь прикосновение ее руки.

Магическая клятва рода… Нерушимый обет, даваемый каждым Кейном. К дьяволу этот обет! И плевать на последствия. Я всегда думал, что мой враг – мужчина, равный, наследник проклятой магии Избранных, тот, кто сумеет дать отпор, и уничтожить которого будет особым удовольствием и честью. Но Кэри… Нежная, не обладающая полноценной магией и даже не подозревающая о том, кто ее предки…

Тогда, в банке, увидев след ее магии, я не смог поверить, что она – потомок алайетов. Снова и снова следил за ней, провоцировал, пытался добиться полноценного отклика, но так и не сумел до конца понять, то ли она настолько хитра и талантлива, что умело прячет свою силу, то ли мои подозрения беспочвенны, и та малая толика, которой она пользовалась – ее предел. Крохи, доставшиеся от какой-то боковой ветви, затесавшейся в семейное древо Уэтерби. Порой мне даже хотелось, чтобы это так и было, и мне не пришлось бы делать то, что должно. Но нет. Тот проклятый вечер все подтвердил. Как же я надеялся, что этого не случится! Как же не хотел верить… Но она все-таки пришла и произнесла слова того единственного заклинания, что знают только высшие Избранные, и подтвердила свою принадлежность к ненавистной семье.

Клятва рода… Слова, въевшиеся в плоть и кровь с самого детства. «Я, Кейн из рода Кейнов-фениксов, клянусь своей душой, что сделаю все, чтобы уничтожить род Озириса и вернуть утерянное бессмертие и крылья»… Что ж, я оказался тем, кто нарушил эту вековую клятву. Мой искалеченный дед, последний, кто помнил небо и огненное возрождение, мой отец, посвятивший всю свою жизнь одной единственной цели – вернуть огонь и отомстить, и вот теперь я – тот, кто сумел отыскать врага, но не в силах убить ни его, точнее, ее, ни членов проклятого рода, за что мне еще предстоит поплатиться.

Так и слышу презрительный возглас отца: – «Слабак!». Ему вторит дрожащий, полный негодования голос деда. И я с ними согласен. Да. Слабак.

Столько сил ушло на поиски, столько отчаянных попыток, столько ненависти клокотало в душе. И вот теперь, когда все само пришло в руки, я отступил. Отступил… Но как иначе? Разве могу я убить Кэри?

Нет. Никогда.

«Ты мне не сын», – вижу в глазах отца, когда захожу в портретную.

«Ты недостоин носить имя Кейнов, – читаю во взгляде деда. – Клятвопреступник. Сделай то, что должен, внук. Отомсти за нас. Убей. Убей! Убей…»

Выбор. Снова выбор. Либо я, либо она.

Что ж, лучше уж я.

Все. Пора уходить. Пора уходить, пока я еще в состоянии это сделать.