Я тебя вылечу

- Что?

- Вы ребенка оперировали? Как он?

- Операция прошла без осложнений. В реанимации.

Киваю.

Боковым зрением ловлю какое то лёгкое движение мимики на лице Руслана.

- Извините, - всовываю ему в руки все снимки.

Захожу в палату. Наклоняюсь, вглядываясь в лицо Хасанову.

- Рус...

Веки вздрагивают.

- Руслан! Ну, давай... - поднимаю его тяжёлую безвольную руку.

Карл Ильич тоже входит.

- Ну как же ты так, Руслан, - негромко сетует он.

Руслан медленно открывает глаза. Я замираю, забывая дышать.

- Ну вот... - ловит пальцами его пульс Бергман. - Вернулся.

Хасанов мучительно морщится, облизывая пересохшие губы.

- Ты понимаешь меня?

- Да...

- Как тебя зовут?

- Хасанов.

- Кто ты?

- Нейро... хирург...

- Хорошо, - поднимает его веки, заглядывая в зрачки.

- А я кто?

- Берг... ман... - с усилием.

- Какой сегодня день?

- Мм... нет. Не помню.

- Хм. А это уже не очень хорошо. Что с тобой произошло?

Руслан устало закрывает глаза.

- Мы сегодня с тобой говорили, о чем, помнишь?

- Нет...

- А последний наш разговор?

- Лизинг...

- Так... Так. Ясно. Ретроградная амнезия. Ну, ничего. Период утерян небольшой. Часть восстановится. Таисия, Вы назначенную терапию у меня утвердите обязательно. Хорошо?

Я часто киваю, не отводя глаз от Руслана.

- И вставать ему не давайте. Пойду Нелли Марковну встречать, пока она себя до инфаркта не довела.

Выходит.

Руслан переводит на меня заторможенный взгляд.

Онемев, мну его прохладные пальцы, не моргая глядя в глаза.

- А Вы кто? - хмурится он, тяжело моргая.

Бросает тяжёлый подозрительный взгляд на то, как я по-собственнически держу его руку.

- Я?...

Шокированно отпускаю пальцы. Сглатываю ком в горле.

- Я... Я...

Он не помнит меня?!

- Я ваш лечащий врач... - обиженно поджимаю губы, глаза наливаются слезами.

Закрываю их.

Мир начинает рушиться...

В груди сжимается так сильно, что не могу вдохнуть.

Ощущаю, как по моему бедру скользят его пальцы.

- Неправильный ответ, Зотова, - сжимает высоко в паху. - Надо говорить - жена.

Вздрогнув, распахиваю глаза!

За халат тянет к себе.

- Что-то ты мне такое важное говорила... До наркоза..."

"- Ты идиот, Хасанов?! - всхлипываю я.

Слезы ручьями льются из глаз.

- Сволочь!

- Родная сволочь? - улыбается.

- Что ты там Бергману плёл??

- Это я ему... шанс дал. Сделать красиво.

- Как дала бы тебе! - замахиваюсь на него ладонью.

- Дай... - облизывает опять губы. - Попить.

- Нельзя тебе. Лежи, мучайся!

Оседая на стул, ложусь лицом к нему на живот и истерично рыдаю.

Он вернулся. С ним все хорошо. Такой же самодур, как и был.

От отходняка трясется все внутри. И я плачу взахлёб, сжимая его руку. И целую в ладонь.

- Таечка... ну всё... - кладет мне вторую ладонь на голову. - Всё хорошо... Не плачь... моя маленькая... Люблю тебя...

Эпилог (4 месяца спустя)

Сегодня волшебный день. Нас всех ждет много сюрпризов.