Тринадцатый VII (СИ)

Толпа дам вокруг Зубастика лишь увеличивалась, и я решил спасти своего питомца, пока девушки его числом не задавили.

По моей команде он аккуратно приподнялся, а затем медленно расправил крылья. Девушки ахнули от восхищения.

— Советую отойти поближе, иначе заденет при взлёте, — громко сказал я.

И дамы послушались, освобождая Зубастику пространство для взлёта. Питомец взлетел, но не забыл покрасоваться и несколько минут парил над землёй, ловя на себе сплошь восхищённые взгляды.

Вот же хвастун!

Но в итоге все проводили его в небо. Там, напоследок, Зубастик загорелся своим коронным синим пламенем. А затем отправился догонять поезд Ивана Фёдоровича.

Внезапно золотая пластина в моих руках раскалилась. Настолько, что я выронил её из рук.

Она упала в снег, а руны на ней подвесились красным. А затем голову пронзил тяжёлый, знакомый голос, словно по макушке ударили молотком:

— Это сражение за тобой, Воронцов. Но тебе не выиграть в войне. Гарантирую, что в Москву ты вернёшься только в гробу.

Глава 15

Услышав очередную угрозу, я мысленно усмехнулся. Слишком много их сыпят на меня последнее время. Они уже не пугают, а вызывают лишь нездоровый смех.

Словно враги делают это от отчаяния, не в силах по-настоящему задеть меня. И хорошо, что перед поездкой я обеспечил безопасность для своей семьи. Наш родовой особняк теперь способен выдержать любую осаду. Да и в случае частых нападений родственники и друзья смогут распределиться по другим домам семьи Воронцовых.

— Ваше императорское величество, — в мыслях отвечал я, не скрывая иронии в титуле, — уж не думал, что я вам настолько неприятен, чтобы ради меня началась гражданская война.

— Много чести, Воронцов, — в голове раздался тяжёлый ответ. — Никто не свяжет твою смерть со мной.

— Тогда я укажу вас в завещании, — я снова усмехнулся. — В случае смерти Алексея Воронцова или кого-то из его семьи, всё наследство получит тот, кто сможет сильнее насолить императору. Хм, а можно даже конкурс на лучшую месть организовать!

Раз разговор в моей голове никто не услышит, можно хоть раз побыть откровенным со своим врагом.

— Ничего глупее не слышал.

— Это вам сейчас так кажется. А теперь идите на фиг из моей головы!

— Ты ещё ответишь за свою дерзость! Будешь молить меня о смерти. Никто не смеет вставать на моём пути.

— К пути по разрушения мира? Хах, отличная цель. А ты ещё сам о смерти не мечтаешь спустя столько веков? — спросил я, откинув напрочь уважительное обращение.

— Это уже не твоё дело. Скоро моя власть станет настолько велика, что ваши княжеские рода не будут достойны даже мне пятки целовать.

— Не надо со мной делиться своими пошлыми фантазиями, — усмехнулся я.

Ответом стало невнятное хмыканье. Связь с артефактом оборвалась, и в голове снова наступила тишина.