Чужая земля

Нет, я, конечно, умела командовать. В своё время мне кем только не приходилось работать. Однажды я даже доросла до шефа суши-бара. И у меня была команда из шести человек, что работала в две смены. И далеко не все из них обладали ангельским характером. Но здесь чуждый мне мир, и это не склочные тётки, а воины. Тем не менее, я командовала почти рефлекторно. Вот что значит привычка властвовать и распоряжаться. Похоже, у царевны эта прошивка чуть ли не на генетическом уровне.

Имхотеп и Сефу взяли по факелу и, освещая мне путь, пошли к виднеющейся в темноте груде непонятных вещей.

Когда факелы осветили груду, я увидела аккуратно составленную мебель. Непривычной формы столы, кушетки, большое ложе, несколько кресел и табуреток, какие-то высокие сосуды, похожие на напольные вазы, сундуки и большие шкатулки.

– Что это, Имхотеп?

– Это то, что ваш отец, царевна, копил для загробной жизни.

Я повернулась лицом к Сефу и спросила:

– Скажи, почему твои воины лежат и сидят на полу?

– Госпожа, не могли же мы использовать вещи царя Египта!

Кажется, даже мысль об этом его шокировала.

– Сефу…

Я вздохнула и продолжила.

– Послушай меня внимательно, Сефу.

Сейчас отец мой мёртв из-за предательства. Я наследница трона. Признаешь ли ты власть мою и волю мою и признают ли её твои солдаты?

– Конечно, госпожа!

– Тогда просто сделай, как я приказываю. Оставьте здесь одно кресло для меня и пару табуреток для вас, и позови солдат. Пусть они возьмут мебель и пользуются ей. Имхотеп, что в сундуках?

– Ткани, госпожа.

– Значит, достаньте ткани, смените все повязки на чистые и укрывайтесь ими. Неизвестно, сколько мы пробудем здесь ещё, а сырость и прохлада – дурные спутники здоровью.

Выполняй, Сефу.

Он пошёл к солдатам и стал что-то объяснять вполголоса. Звук был гулким, под сводами заметалось эхо, но слов было не разобрать. Это хорошо, значит, когда я буду с ними разговаривать, солдаты не услышат. Не обязательно всем подряд знать, что царевна потеряла память.

Сама я села в кресло и положила Баську на колени. Имхотеп устроился на низкой табуретке рядом, лицом ко мне. Непрерывно кланяясь, подошли несколько солдат и, подхватив кушетки и кресла, понесли к тому углу, где сидели на полу остальные. Второй заход, очевидно, немного осмелев, сделали уже большим числом.

В одном из запечатанных кувшинов нашлась мука или что-то похожее. Ещё в нескольких – вино, довольно крепкое. Из сундуков достали ткани, я выбрала себе широкое расшитое покрывало из тонкой шерсти и тонкую льняную ткань на чистое платье. Остальное велела взять воинам. Им нужно перебинтовать раны и чем-то укрываться.

– Имхотеп, почему раньше вы не воспользовались запасами?

Ответить он не успел. Один из солдат в это время наливал нам вино в кубки из высокой амфоры с узким горлом.