Чужая земля

Скорее уж, помню только отдельные клочья, а не суть. Так что и этот забудется со временем. Думаю, если бы не имя Анубиса – я бы и вообще его не запомнила – мало ли, какая чушь может приснится.

Дважды снился сам Анубис. Но это были именно сны, хоть и волнующие, но безопасные.

Приходил лично он только один раз. И я, как в его последнее реальное посещение, не стала разгадывать загадки и допытываться, что ему нужно и чего он хочет. Моё какое дело?! Я не могу его выгнать, зато могу игнорировать! Угрозы от него я по-прежнему не чувствовала и присутствие, если и смущало меня, то, надеюсь, он этого не заметил.

Раздражало только то, что Баська встретила его как старого занакомого.

Снился и еще один сон и не менее странный. Что к Баське в окно пробрался довольно большой пушистый и кот необычной окраски. Не полосатый и не однотонный, а в каких-то мелких пестринках, более всего окрасом похожий на цесарку. И, честно говоря, мне кажется, что не сон это и был…

Во всяком случае красавец так орал ночью, что я швырнула в него подушку. И эту подушку утром на моих глазах подняла у окна Амина… Что это за зверюга навещал мою девочку? Если что, она же не разродится! Он в два раза крупнее, чем Бася! На всякий случай я приказала запирать ее на ночь в одной из комнат.

От греха, как говорится… Заодно, может быть, и похудеет слегка.

Но чаще всего мне снился сон о полете. Не на дельтаплане. Я летала сама, без всяких технических деталей, кувыркалась в небе испытывая неимоверный восторг от свободы и движения… От горьковатого запаха полыни и звезд, от звезд, что не кололи глаза, а ласково подмигивали…

И вот этих снов было жальче всего. Пожалуй, я несколько устала и от бесконечных дел и людей, и от постоянно возникающей нехватки кадров и сотен мелких занозистых нестыковок.

То вдруг выяснилось, что металлические формы для денег изнашиваются гораздо быстрее, чем предполагалось раньше. И значит – надо снова искать железо. То сами Тени выловили одного из своих, который брал взятки. И, соответственно, через него пошла утечка информации и теперь институт Теней не являлся больше государственной тайной.

Пришлось совещаться с Хреметом и вывозить и учеников, и учителей в отдаленное от столицы место, а потом, через месяц, оттуда, уже в постоянное место проживания.

Конечно, здесь нет фотоаппаратов, но все равно, чем дольше лица Теней будут неизвестны, тем больше пользы принесет каждый из них.

В некоторых городах были волнения среди писцов. Старых просто отправили по домам, работа писца всегда была денежной. Но сейчас, когда существовало два письменных языка и один из них совершенно явно вытеснял второй, те, кто знал иероглифы, стали опасаться за свои места. Пришлось в хорошем темпе организовывать из наиболее успешных учеников нечто вроде курсов.