Чужая земля

Я тоже поколебалась, но потом решила, что нет у меня людей ближе, чем он, Сефу и Хасем. Нет, конечно, меня очень любила Амина. Я для нее – как собственный ребенок. Но увы, понять меня так, как понимают эти мужчины, она никогда не сможет. Так стоит ли городить огород и устраивать тайны мадридского двора?

– Помнишь, я вам рассказывала, что ко мне приходил воин с золотой загогулиной в руках? Вы еще тогда решили, что это – Анубис. Получилось у нас все случайно. Я, если честно, не ожидала, что с первого раза и вот так… И даже не уверенна на сто процентов… Но утром был сильный приступ тошноты, это похоже на токсикоз…

– Значит, срок у тебя уже минимум месяц?

– Почти.

– Ну, что ж. Постарайся не волноваться, есть фрукты и мясо, и побольше гулять. Остальное – в руках судьбы.

Все же я знала Имхотепа уже не один год…

– Имхотеп, ты прячешь глаза. Что ты не хочешь говорить мне?

– Царица, никто не в силах изменить то, что уже произошло. Так может тебе и не стоит спрашивать? Это не то, что следует знать женщинам в твоем положении.

– Я всегда предпочту знать правду, Имхотеп.

– Хорошо, царица. Я понимаю и принимаю твое решение. Но позволь, я зайду к тебе вечером, тогда и поговорим.

– Жду тебя после ужина."

"И я отправилась в свои покои. Поговорила с обрадованной Аминой, приказала унести из моих комнат все арома-штучки – от греха, как говорится. Объяснила, что жду ребенка, но пока об этом не стоит слишком распространятся. Амина даже прослезилась:

– Моя небти! Я так счастлива за тебя!

Небти… Так она звала меня, когда еще было не понятно, выживем ли мы… Я обняла ее и тоже чуть всплакнула.

Баська отправилась проверять территорию, а я поплескалась в бассейне, легла немного отдохнуть и, совершенно неожиданно, проспала почти до вечера. Разбудила меня Амина.

– Царица, надо поесть, ужин уже принесли. И Имхотеп прислал укрепляющее питье.

Травяной напиток оказался довольно вкусным и после ужина я с удовольствием выпила чашку. Лекарь пришел, когда я делала последний глоток. Одобрительно кивнул мне, дождался, когда уберут остатки еды и пустую посуду и только тогда положил на стол несколько весьма потрепанных, скорее даже – ветхих, свитков.

– Что это, Имхотеп?

– Царица, это очень старые предания. Рассказы о женщинах, которые понесли от богов. Ты позволишь, я прочту тебе?

Разбирая иероглифы, Имхотеп был серьезен, как никогда.