Факир на все времена

— Пусть еще скажут спасибо, что такой знаменитый эксперт будет им помогать, — возразил Татаренко, — и если ты действительно сможешь им помочь, то они только будут рады. Джемал Азиз человек современный, у него нет комплексов местного «царька». Если ты сможешь им помочь, они с удовольствием примут твою помощь. Сейчас я пойду и предложу ему позвать тебя. Кроме того, им нужен хороший переводчик. Они уже посадили Лиду для того, чтобы допрашивать находившихся на вилле свидетелей и подозреваемых. Но она не справится одна. А ты прекрасно знаешь турецкий и русский языки.

— Переводчиком смогу, — улыбнулся Дронго, — хотя я думаю, что в таком отеле есть несколько десятков людей, которые хорошо понимают русский и турецкий языки. Здесь, кажется, отдыхают в основном туристы из бывшего Советского Союза, и многие сотрудники отеля неплохо говорят по-русски.

— Это не имеет никакого значения, — отмахнулся Татаренко, — я думаю, что ты сможешь оказать им более конкретную помощь. Сейчас я сам пойду и поговорю с начальником полиции. Я думаю, он наверняка слышал о тебе.

— Подожди, — попросил Дронго, — я сейчас уезжаю в больницу.

— У тебя такие серьезные травмы? — обернулся уже выходивший Татаренко.

— Нет. Но врач настаивает сделать снимок головы. Он опасается, что там может быть гематома и кровоизлияние в мозг. Но больница находится рядом, и мы вернемся минут через двадцать или двадцать пять.

— Тогда будем тебя ждать, — согласился Павел Анатольевич. — Может быть, я поеду с тобой?

— Нет. Тебе лучше остаться в отеле. Тем более Лида там помогает сотрудникам полиции. Оставайся здесь, а я довольно быстро вернусь.

— Ты так лучше не шути. Если чувствуешь себя плохо, лучше оставайся в больнице. И позвони мне оттуда. Телефон у меня уже включен. Но все равно я поговорю с Джемалом Азизом. Посмотрим, что он скажет.

Татаренко быстро вышел из комнаты. Врач, не произнесший ни слова за время их беседы, обратился к Дронго:"

"— Машина нас уже ждет. Давайте поедем. С нами будет и сотрудник полиции. На всякий случай. Но я надеюсь, что у вас нет никаких серьезных внутренних повреждений.

— Я тоже на это надеюсь, — кивнул Дронго, с трудом поднимаясь.

— Нет, — возразил врач, — у нас есть инвалидное кресло. В нем вам будет удобнее.

— Никогда не сидел в таком кресле, — заметил Дронго, — вы лучше помогите мне, и я допрыгаю до машины. Не нужно сажать меня в кресло, я еще успею в него попасть. Вы же сами говорите, что уверены в том, что у меня нет никаких переломов.

— Уверен, — улыбнулся врач, — хорошо. Я вам помогу. Обопритесь на мое плечо.