Граф Суворов. Том 13

Мне нужна теплая вода, стерильной нет, так хоть питьевая — кипячёная. Ангелина, ты будешь мне помогать.

Никто не стал спорить, и через несколько минут мы приступили к спасению жизни Филарета, путем отсечения того, что спасти было невозможно. Зона оказалась слишком жестока и в то же время милосердна. Она сама дала механизмы защиты от смерти, которую несла. Но нам от этого было не легче.

— Ладно, теперь он будет жить. — спустя шесть с лишним часов проговорил я. — Можем возвращаться, мне понадобятся минимум сутки, чтобы гарантировать его выживание. Так что берите обратный курс, и не отвлекайте меня по пустякам.

— Мы должны остаться. — неожиданно возразил Максим. — Нам почти удалось воспроизвести структуру колонн-резонаторов. Если у нас будет еще немного времени, и те заготовки, которые в грузовом отсеке, мы сможем изменить их в соответствии с задачей и протестировать.

— Ладно. — подумав проговорил я, понимая что если не справлюсь с лечением, единственное что сможет поддерживать жизнь в Филарете — это диссонанс, дыхание Тунгусской зоны. — Тогда висим на месте, но следите за топливом, чтобы его хватило на обратную дорогу. И газом, чтобы мы случайно не грохнулись в пасть хозяину тайги. Это будет крайне глупая смерть.

— Конечно. — уверенно кивнул Максим. — Мы всё сделаем.

— Тогда — приступайте. — сказал я, погружаясь истинным взором в тело Филарета.

В первую очередь нужно было окончательно обезопасить его хранилище души. Череп патриарха, даже его волосы — всё изменилось, приспособилось к воздействию зоны. Кости стали пористыми и куда более толстыми, но, к счастью, нарастали вовне, почти не сжимая мозг.

Спустя несколько часов мне удалось структурировать хаотичную паутину измененных меридиан, выправляя её и нормализуя. За это время запас энергии в органах мужчины снизился не слишком сильно, но стали заметны другие проблемы, и я счел своим долгом в первую очередь обеспечить выживание.

Легкие, кровеносная система, нервные окончания — вот мои главные цели. Каждой я уделял всё необходимое для этого время и всю энергию, что была у меня в наличии. Сейчас было не время экономить или соглашаться на полумеры. Но даже всех моих способностей, всего виденья и умений едва хватало.

Наконец, внеся изменения в гортань и частично сняв отек, я выдохнул, и отошел от ложа больного. Глаза кололо от перенапряжения, пальцы совершенно ничего не чувствовали, меридианы на их кончиках превратились в открытые каналы, источающие энергию, а у меня не осталось сил чтобы их зарастить. Так что пришлось перекрывать течение энергии в пальцы.

— Сколько меня не было? — спросил я, выйдя к остальным. — Судя по тому что вы перетащили сюда матрас и одело с подушками — долго.