Кто ты, моя королева (СИ)

— Прости, прости, прости. — прошу я и за неё и за себя.

Сколько мы так простояли, не знаю. В какой-то момент боль в моём теле превращается в онемение, но я не могу его отпустить. Пока не слышу деликатный стук и вслед за ним звук открываемой двери.

— Ваше величество. — восклицает вошедшая Сэльма, бросаясь ко мне. — Вам нельзя самой вставать. Вы же покалечитесь.

Словно в подтверждение её слов, ноги подкашиваются, но упасть мне не позволяет сам Тайрэн, разворачиваясь и обхватывая меня руками. А там уже и сиделка моя поспевает. На кровать меня укладывают в четыре руки.

— Мама, вам плохо? Не надо было вставать из-за меня.

 — с тревогой всматриваются в моё лицо голубые, как чистое небо, глаза.

— Только из-за тебя и надо. — возражаю, улыбаясь сквозь слёзы.

Что я творю, не знаю. Вон уже и Сэльма удивлённо таращится, проводя надо мной светящимися ладонями.

— Ты поможешь, Тай? — спрашиваю, затаив дыхание."

"— Конечно, мама. Вот только… — тёмные брови сдвигаются хмуро. Принц бросает короткий взгляд на невозмутимую Сэльму, но всё-таки продолжает. — Я считаю, что отец должен знать. Для вашей же безопасности.

Вздыхаю, закрывая глаза.

Что же делать? Как поступить? Я не имею права обманывать этих мужчин, ни большого, ни тем более маленького. Не после того, что узнала. Но и признаваться страшно. Я не верю в сказки, что все сразу обрадуются и примут меня с распростёртыми объятиями. А с королём я ведь и не общалась даже. Только слушала его злобное шипение в мой адрес. Возможно, узнав что королева, потеряла память, он хотя бы говорить со мной начнёт нормально и я смогу понять, могу ли ему открыться. Потому что, кому-то да придётся. Я не справлюсь одна. Мне нужно понять, смогу ли я вернуться? И если… как же больно об этом думать… если пути домой нет, нужно решать, как быть дальше.

— Ты прав, Тай. — произношу сипло. — Можешь сказать отцу, что нам нужно поговорить?

— Да. Как только он освободится. Я могу ему рассказать наш разговор?

Хочется попросить не делать этого, но не считаю себя вправе заставлять его врать отцу. И чувствую, что должна дать понять юному мужчине, как важно его собственное мнение. Поэтому, осторожно выговаривая слова, тихо произношу то, что ему нужно услышать.

— Полагаюсь на тебя, Тай.

Делай, как считаешь правильным. Я доверяю тебе.

Покрасневшие глаза принца вспыхивают сначала уже привычным изумлением, а потом загораются радостью и восторгом. Он хватает мою руку, без сомнений, опаски, и прижимает к губам.

— Благодарю, мама.

— Ваше величество. — напоминает о себе Сэльма. — Прошу прощения, но вам нужно сделать массаж. Иначе могут быть последствия.

Она явно намекает на мой несанкционированный подъём. Понимаю, что целительница права. Чувствую себя преотвратно, что физически, что морально.