Личное дело женщины-кошки

Бригада прибыла неожиданно быстро, две хмурые тетки вошли в гостиную, одна взгромоздила на стол железный чемодан, вторая мрачно оглядела Марину, карниз, занавески и лениво спросила:

– Чем вы тут занимались?

– Я пошел смотреть улитку, – решил, как всегда, быть первым полковник, – она ползла там, в простенке.

Врач моргнула.

– А Марина бросилась к Брунгильде, – перебила его Маня, – все Ирка виновата, развыступалась!

– Я молчала! – ринулась в бой домработница. – Волокла на веревке Брунгильду.

– Так она фальшивая! – осенило полковника. – Вы решили опять меня обдурить!

Доктор покраснела.

– Марина схватила улитку, – дополнила выступающих я, – но потом увидела ноги Ирки, думаю, они в щель между полотнищами высунулись!

– Ни фига подобного! – затопала Ирка. – Я стояла тихо как мышка!

– Голосистый грызун, – отметила Маня, – на фиг ты Брунгильду завалила?

– А кто торшер уронил? – пошла в атаку Ирка.

– Спокойно! – трубно возвестила медик. – Пусть говорит один человек.

– Я! – хором закричали все.

– Похоже, надо милицию вызывать, – жестко заметила врач, – зафиксировать факт драки.

– Менты тут! – запрыгала Маня.

– Вы сотрудник органов? – изумилась доктор.

Толстяк одернул верхнюю часть спортивного костюма и привычно представился:

– Полковник Дегтярев Александр Михайлович.

– Ирина Петровна Лаврова, – машинально ответила врач, – что у вас случилось?

– К нам приехала Вера Рыбалко, – завела Маша, – с улиткой Джульеттой! Мы побоялись, что Александр Михайлович рассердится!

– Улитка по дому ходила, – вступила в беседу Ирка, – чистый каток, даже Хуч упал, хорошо, что ничего не сломал.

– Потом она улетела в Лондон! – продолжала Маша. – А полковник вызвал «Скорую», приехали Марина и Петр Ильич, они ему глюки убирать решили.

– Пришлось рассказать правду, – вздохнула я, – но он не поверил, и что нам оставалось делать? Она решила у нас целый год жить!

– Улитка? – уточнила Ирина Петровна, оседая на диван.

– Нет! – подпрыгнула Маня. – Она в Лондоне! Марина! И тогда я ее привязала за веревку.

– Марину? – склонила голову набок доктор.

– Брунгильду, – терпеливо объяснила Маруся, – а Ира ее с окна тянула! Здорово ползла, без света супер получилось, но затем она его включила!

– Улитка? – окончательно потеряла нить разговора врач.

– Марина!!! – начала выходить из себя Ирка. – Как вцепится! Как зарычит: р-р-р-р! Банди отдыхает!

Услыхав свое имя, пит, до сих пор мирно сидевший у стены, тихонечко гавкнул. Ирина Петровна вздрогнула и спрятала ноги под диван.

– Он безобидный, – поспешила я успокоить врача, – абсолютный тюфяк, обожает поесть и совершенно не способен на решительные действия.