( Не) верный муж (СИ)

 — Я никому не скажу, что ты был здесь! Айк все равно найдет меня, он не сдастся, он…

— Он никогда тебя не найдет, — с довольным видом сообщает Туманян. — Теперь, считай, тебя для его нет.

Мои глаза расширяются от новой порции ужаса, когда он подходит ко мне вплотную.

И снова мерзкое царапанье иголки шприца о кожу, когда он подносит его к моему плечу.

— Выйдешь со мной по-тихому, сохранишь ребенка. А рыпнешься, истечешь кровью.

С этими словами он выводит меня в коридор.

Мой мозг работает в авральном режиме, пытается найти лазейку. Но вместо этого накатывает безысходность.

— Какая разница, когда воткнешь иголку? — говорю с горечью. — Сейчас или в машине? Ты ведь все равно это сделаешь, не впервые пытаешься убить моего малыша…

— Дура, — цедит он мне на ухо. — Думаешь, я хочу колоть тебе эту дрянь? Это опасно, а ты мне нужна здоровая. Я поэтому хотел, чтобы тебе по-тихому в клинике удалили плод. Теперь все будет по-другому…"

"Как по-другому, уже не спрашиваю, мне все равно, что рисует его больная фантазия.

Все, на чем концентрирую внимание, это дальность расположения иголки шприца от моей кожи, натужное дыхание Туманяна в районе моего уха, тошнотворно-сладкий запах его одеколона.

Как назло, пока мы идем по коридору, нам никто не встречается. А потом Туманян и вовсе сворачивает к лестнице, игнорируя уже виднеющийся впереди лифт.

— Быстро спускаемся, — цедит он.

Но с быстро у нас проблемы, спускаться шаг в шаг не так уж удобно, а он предпочитает держать меня к себе вплотную.

Мы успеваем спуститься лишь на один этаж, немного тормозим на лестничном пролете, потому что я умудряюсь запнуться. Чужие сандалии мне жмут.

И вдруг сверху отчетливо слышится ор Айка:

— Маша!

— Айк! — кричу в ответ неосознанно, не успеваю даже подумать.

И чувствую, как иголка входит в кожу.

Туманян выполняет угрозу!

Отшатываюсь в сторону, да с такой силой, что ему приходится меня отпустить. В руке торчит шприц, но теперь вижу, что Туманян так и не успел вколоть отраву! Вырываю его и отшвыриваю в сторону.

— Иди сюда, тварь! — орет Туманян не своим голосом и бросается на меня.

А сверху уже слышен громкий топот.

— Пошли, — тянет меня Туманян.

Я отшатываюсь к стене, жмусь в самый угол. Он замахивается на меня.

Никогда не видела у мужа такого дикого выражения лица…

Глава 47. Все по своим местам

Айк

Я наблюдаю за тем, как Мария дает показания полиции.

Моя маленькая смелая девочка кутается в белый халат, эмоционально рассказывает о случившемся. Полицейский записывает ее слова, кивает.

Наконец ее оставляют в покое.