( Не) верный муж (СИ)

Я плохой, а вовсе не она, та, кто ушла из дома, бросила мужа. Все в угоду проклятой гордости.

Вот только я никакой не изверг и для своих детей ничего не пожалею. К слову, ей об этом великолепно известно.

Молча достаю из кармана карту, ключи от ее машины, кладу на стол.

— На!

— Что это значит? — спрашивает она.

— Это значит, что я как содержал тебя, так и буду содержать, — отрезаю строго. — Бери это и возвращайся к детям. Они — твоя работа! И…

«И я…» — добавляю уже про себя. По крайней мере, надеюсь, что так будет в будущем.

Мария ошарашена моим жестом, смотрит на меня с недоверием.

Раздаю последние указания:

— Покупай себе и детям, что посчитаешь нужным. Но только посмей потратить хоть копейку на адвоката, я мигом перекрою тебе кислород. Это ясно? Бери и возвращайся домой, чтобы на работе я тебя больше не видел.

Сверлю ее взглядом, жду ответа.

Мария закусывает губу, а потом упрямо качает головой:

— Я не возьму.

Жена даже не тянет руку к моим дарам.

— Бери, — смотрю на нее с прищуром.

— А зачем мне это брать? — Мария меряет презрительным взглядом брошенные на стол карту и ключ. — Чтобы ты потом при каждом разговоре упрекал меня в том, что я сама по себе ни на что не способна???????????????????????????

Опять она ставит все с ног на голову.

— О, ты способна… — завожусь против воли. — Нервы мои мотать ты способна! Чего тебе еще надо, женщина? Видишь, иду на уступки, так и ты пойди.

— Хороши уступки, — перебивает она меня. — Когда захотел, дал денег, когда захотел, забрал. Нет уж, милый, так не пойдет. Ты мне наглядно показал, как важно иметь собственный стабильный доход, а не голый оклад, который к тому же могут забрать. Наличие работы для меня уже вопрос выживания.

— Как загнула, вопрос выживания… — меня уже буквально трясет. — Для выживания у тебя есть я!"

"Мария ненадолго замолкает, а потом говорит замогильным голосом:

— Нет у меня больше тебя…

Ее слова как нож под ребра.

Как это меня нет?

Вот же я, перед ней стою! Неужели она и вправду совсем не видит во мне былую опору, мужчину, который ради нее по-прежнему готов на все?

— Не разбрасывайся такими словами, — предупреждающе на нее смотрю.

— А чего тут не разбрасываться? — хмыкает она. — Особенно, когда мне кристально ясно, почему ты так сильно хочешь, чтобы я отсюда ушла!

— Почему же? — тут же интересуюсь.

— Потому что при живой жене не так-то просто крутить романы со своей Верой, так, Айк? — она щурит глаза. — Вот ты и стараешься меня отсюда выгнать…

— Что?! — ору на выдохе. — Ты в своем уме, Мария? Нет у меня с Верой никакого романа, я тебе уже все триста раз объяснил. Уже триста раз пожалел, что вообще поехал в ту Анапу!

— А докажи, что ничего нет, — вдруг заявляет она.