Пустоцвет

Поорав друг на друга, расходились по разным комнатам или углам усадьбы, но дольше часа дуться не получалось. Тот самый случай, когда вместе бывает тесно, а врозь — скучно.

Оба, повторяя за Егором, трогательно заботились о матери, не всегда «уклюже», особенно младший, но всегда с энтузиазмом и искренним стремлением порадовать. И боготворили отца, копируя Георгия и стараясь его не огорчать.

«Папа расстроится» — страшнее, чем лишение сладкого или компьютера в виде наказания."

"Егор сейчас был на работе, их с братом компания выиграла большой тендер, так мужчины почти дневали и ночевали на стройке, выкладываясь по полной. Каким образом Гоша еще успевал повозиться с сыновьями, непременно поцеловать на ночь жену, а мальчишкам почитать сказку — неизменный ритуал, почти священнодействие — она не понимала.

И со своей стороны, старалась, как могла, облегчить мужу жизнь, ловко лавируя между домом и работой.

Счастье — оно невозможно в одиночку, счастье — это когда твой любимый делает счастливее тебя, а ты — его. Когда вместе не только в горе и радости, но и в непростых жизненных ситуациях. Когда не боишься упасть, потому уверен — он подхватит. Когда не боишься ошибаться, потому что знаешь — никто над тобой не станет смеяться. Когда не боишься косых взглядов — у тебя самый надежный на свете тыл.

Маша вспомнила, как ей однажды позвонила незнакомая женщина.

— Вы знаете, что ваш муж вам изменяет?

— Конечно, мы вместе с ним составляли график посещения любовниц, — немедленно ответила Маша.

Незнакомка бросила трубку, видимо, ожидала другой реакции.

Или ещё один звонок, уже какой-то другой «доброжелатель»:

— Вы знаете, что любовница вашего мужа беременна? — визгливым голосом.

— Правда? — решила уточнить Маша.

— Да! — с вызовом.

— Боже, какая радость! Дети — это чудесно! Поздравляю! Спасибо за хорошие новости!

Собеседница прошипела что-то, похожее на «ненормальная» и отключилась.

Конечно же, Мария понимала, что красивый, молодой, состоятельный мужчина обязательно привлечет внимание охотниц за состоянием, но совершенно не переживала. Она любила и знала, что для Гоши кроме неё женщин не существует. Если бы эти глупышки видели его лицо, когда он укладывал спать сыновей, или когда наклонялся к жене, предвкушая и дразня, если бы знали, как он заботливо относится к семье!

Зачем она будет это кому-то доказывать, тем более, рассказывать мужу о глупых попытках вывести её из себя?

Она верила ему, а он, она знала, доверял ей.

Но ревновал, это тоже было заметно, поэтому Маша старалась повода не давать. Дом для мужчины должен быть надёжной крепостью, где его всегда ждут, поймут и поддержат. Такой, чтобы вошел внутрь, обнял жену, подхватил сыновей, и пусть весь мир подождет.

Время лечит.

Мысли перепрыгнули.