Одиночный выстрел

 – Если долго ею дышать, для здоровья вредно будет.

– Ну, тогда мы по-быстрому.

Когда гвардейцы спустились во дворик, Молчун прекратил работу, отошел от ворота и стал смотреть на приближавшихся непрошеных гостей.

– Пойдем с нами, дружок, тут недалеко… – сказал старший, держа руку на рукояти меча. Раб был высок и крепок, ожидать от такого можно было чего угодно.

– Я не пойти, – четко произнес невольник, отступая на шаг.

– Да он говорит, Гигрут! – поразился один из четверых.

– А нам говорили – немой, – удивился высокий. – Эй, старина, а у тебя нет другого раба?

– Нету, – сдавленно ответил Рулоф.

– Значит, этого резать надо."

"– Пошто сразу резать? – вскинулся старший. – Тебе бы резать только!

– А как ты его возьмешь? Видишь же – сам он не пойдет!

– Ну так ты и режь…

Старший отступил назад, а высокий выхватил из ножен четырехфутовый меч и двинулся к Молчуну.

– До пояса разделаю! С одного удара! Спорим, Крич?

– Не разделаешь. С одного удара не получится, здоров он больно.

– Сколько ставишь против? – уточнил высокий, поудобнее ухватываясь за рукоять меча и наступая на невольника.

– Два полных серебряных маркеция!

– Ха, четырнадцать хенумов? Принимаю, Крич, теперь можно и постараться!

Рулоф отвернулся, а три гвардейца внимательно следили за происходящим, четырнадцать хенумов не шутка, это жалованье за месяц.

– Готовься к смерти, вонючка! – произнес высокий, видя, что отступать выбранной жертве уже некуда.

«Ыхх!» – выкрикнул он и ударил что было сил, однако неподвижный невольник вдруг сместился в сторону и ударом ладони изменил направление клинка.

Сталь врезалась в мощеный пол, брызнули искры, и в следующее мгновение меч оказался в руках раба, а гвардеец получил тычок в грудь и отлетел ярда на четыре.

– Вот и распрощался ты со своим серебром, Бакрут! – обрадовался выигравший пари гвардеец.

– Ладно орать, что делать будем? – забеспокоился старший, доставая меч.

– Рубите его, чего тут думать?! – закричал принявший бесчестье Бакрут.

Старший сделал полшага вперед, затем провел пробный выпад, но невольник легко отбил удар.

– Это не тот вонючка, старик, ты обманываешь нас?

– Ничего не обманываю! – радостно закричал Рулоф. – Парень вчера будто переменился, заговорил, постригся и одежку сварганил! Так что теперь это другой раб, и он вам сейчас бошки-то пооткручивает!

– Я за арбалетом… – сказал Бакрут, и в этот момент Молчун рванулся вперед, отразил пару направленных на него выпадов и перекрыл выход на лестницу.

– Та-а-ак, – протянул старший, выбирая новую позицию. – Крич, Бакрут, Лихарь, работаем две пары. Крич, со мной. А ты, Бакрут, бейся кинжалом. Начали.