Отбор с осложнениями

Вейрон усмехнулся под цветохроном и поднял бокал:

— За подающую большие надежды менталистку, которая прекрасна и душой, и телом.

Он выпил залпом, но Эмма сделала лишь глоток.

— Я провалилась, — пожаловалась она. — И как менталистка, и вообще…

— С такой невестой, что тебе досталась, ты творишь чудеса.

— Дело вовсе не в тебе, нет, — поспешила заверить Эмма. — Просто я думаю, что, возможно, это все не мое. Отборы, интриги, борьба за власть… Я представляла свою работу более спокойной, что ли… Когда некуда спешить, когда помогаешь человеку раскрыть самого себя, а не те качества, которые нужны кому-то другому…

Сообразив, что ляпнула лишнее, Эмма спрятала смущение за бокалом, сделав еще один глоток.

— Неподалеку от столицы есть деревенька, — сказал Вейрон, наблюдая за девушкой. — Там течет река, и рыбалка просто отличная, а на закате над водой плывет туман, и вокруг так спокойно.

— Звучит очень заманчиво, — вздохнула Эмма. Она подперла голову кулачком и посмотрела на Вейрона, явно ожидая продолжения.

— В той деревне есть школа, детишек много, но менталиста нет. А ведь именно в раннем возрасте можно исправить некоторые пагубные наклонности и подтолкнуть то светлое, что есть в человеке.

— Школа? — задумалась Эмма. Отпив вино, покатала его во рту. — Знаешь, а мне нравится! Помнишь, я ведь старшая в семье. Вечно возилась с сестрами, братьями, соседскими ребятишками... Но Свейн ни за что не согласится переехать в деревню.

— Забудь про Свейна, — рыкнул Вейрон и сам удивился своей злости. — Ты только представь: Эмма Тибрих. Такая нелепая фамилия!

Эмма снова рассмеялась, а Вейрон подлил ей вина.

— Эмма Дорн — звучит гораздо лучше, — мягко произнес он и осознал, что ему и самому это очень нравится.

Эмма Дорн — вырвалось само собой, и теперь он перекатывал это в уме снова и снова. В конце концов, ему пора остепениться. А эта девушка, после всего, что с ним сделала, просто обязана выйти за него замуж!

А если серьезно, то это он обязан жениться на Эмме. Она наверняка будет в ярости, когда узнает, что леди Дракхайн — не совсем леди. И предложение руки и сердца от самого командира Ястребов — то, что примирит ее с действительностью. К тому же, если станет известно, что она жила вместе с мужчиной, то от ее репутации останутся лишь лохмотья.

Так что жениться на ней — это его долг.

Приняв это решение, Вейрон сразу почувствовал себя лучше и посмотрел на Эмму по-новому. Она любит детей, легка в общении, ее не пугает жизнь в деревне, и она носит чулки. Кажется, он сделал отличный выбор!

— Снова ты за старое, — вздохнула Эмма. — Да твой Ястреб и знать меня не захочет!

— Захочет.

— Ты смешная, Бригитта. Но даже если у нас все сложится, он никогда не согласится, чтобы его жена работала.

— Почему нет? — пожал он плечами.