Отбор вне правил

Внезапно я замираю, когда вижу, что мама лежит в траве, а возле неё стоит незнакомая светловолосая женщина.

— Что с мамой? Кто вы?! — требую я ответа.

Страх рвёт душу, но я не могу бросить мать.

— Не волнуйся, — женщина мне мягко улыбается. — Она поспит, а когда проснётся, на некоторое время забудет о тебе. Мы с тобой отправимся в путешествие.

— Я не хочу! — возмущённый протест затихает, когда мне в лицо ударяет волна блёсток. Мир меркнет и пропадает.

— Вы… Это вы забрали у меня семью и воспоминания!

— Я и ещё десяток наёмников, — хмыкнула она. — Правительство Фернрана вывезло двадцать магически одарённых детей.

Точнее, была двадцать первая. Только тебя я оставила с собой.

— Себе, если точнее. Это ужасно! — мой крик разнёсся эхом по коридору.

— Не ори, — шикнула на меня Валентина, подняв руку для пощёчины, но я даже не отшатнулась, а она так и не ударила. — Это дело прошлого. Я делала вещи и хуже, не надейся меня пристыдить. Я дала тебе новую жизнь, возможность обрести богатство. Здесь ты — особенная, а там была бы одной из многих, дочерью бедняков.

— Вы не имели права решать за меня, — процедила, до хруста стиснув ладони в кулаки.

— Я уже решила, — жёстко произнесла она и взмахнула рукой, пресекая споры. — Иди за мной. Я выведу тебя из дворца.

Она двинулась по коридору, больше не глядя на меня. Из груди рвались рыдания, сердце раздирало на части от переполняющих его злости и боли. Воспоминания накатывали волнами, возвращая образы родных и друзей из далёкого детства. Как много я упустила. Живы ли они? Помнят ли меня? Может, ищут? Но Валентина права в одном, сейчас это неважно. Мы должны выбраться, покинуть дворец и этот ужасный отбор.

— Отведите меня в темницы, и будем считать, что на этом наши дороги разошлись.

"

"— Хочешь спасти его? — насмешливо спросила она.

— Дамиан — единственный важный человек в моей жизни. Я скорее умру, чем отрекусь от него.

— Что ж, идём скорее, — мрачно фыркнула Валентина. — Не люблю долгих прощаний.

/Дамиан/

В камере не было окон, и смену времени суток я мог отмечать по приёмам пищи. Довольно неплохой для тюремной еды ужин прошёл часов пять назад, судя по ощущениям, и сейчас царила поздняя ночь. Я лежал, закинув руку за голову, и смотрел в потолок, пытаясь заставить себя расслабиться.

Кто знает, что принесёт завтрашний день, мне нужно хоть немного отдохнуть перед следующими испытаниями, но сон не шёл. Я волновался за Камиллу, переживал за неё даже больше, чем за себя. В моём случае это привычка, случались ситуации и хуже. Но раньше было кому прикрыть спину, а сейчас я находился в свободном плавании. Умом я понимал, что и Камилла привычна к опасности, что как раз её жизнь в безопасности, но принять это не мог. Казалось, я подвёл её, не смог уберечь, хотя и обещал.