Виконт, который любил меня

Она поднесла кулак ко рту и прикусила костяшку, чтобы успокоить бунтующий желудок, словно это могло помочь унять жуткое жжение в горевших внутренностях.

– Господи, – прошептал Энтони, когда они остановились на площадке, – ты насмерть перепугана.

– Нет, – солгала она.

Он взял жену за плечи, повернул лицом к себе и, пристально посмотрев в глаза, тихо выругался, после чего схватил ее за руку и потащил в спальню.

– Нам необходимо уединение, – пробормотал он на ходу. Едва они очутились в его комнате, богато обставленной, типично мужской, со вкусом отделанной в темно-красных с золотом тонах, он вызывающе подбоченился:

– Разве твоя мать не рассказала о… о…

Кейт рассмеялась бы при виде его смущения, не будь сама на грани обморока.

– Конечно, – поспешно заверила она. – Мэри объяснила все."

"– В чем же тогда проблема, черт побери?! – Он снова выругался, но тут же извинился: – Прости, пожалуйста. Это не лучшее средство, которым можно успокоить человека.

– Я не могу сказать, – прошептала Кейт, уставившись в пол и тупо рассматривая изысканный рисунок ковра, пока глаза не наполнились слезами.

Странный, жуткий, сдавленный звук вырвался из горла Энтони.

– Кейт, – хрипло спросил он, – может, кто-то… какой-то мужчина дурно обошелся с тобой?

Она подняла голову. Тревога и ужас на его лице едва не растопили ее сердце.

– Нет! Вовсе не это! – вскричала она. – О, не смотри на меня так! Я этого не вынесу!

– Это я не могу вынести неизвестности, – прошептал Энтони и, одним прыжком перекрыв расстояние между ними, поднял к губам ее руку. – Ты должна сказать мне, – продолжал он, едва ворочая языком. – Ты боишься меня? Я тебе противен?

Кейт яростно затрясла головой. Неужели он способен поверить, что может быть противен какой-то женщине?!

– Скажи мне, – шептал он, прижимаясь губами к ее уху. – Скажи, как сделать так, чтобы ты успокоилась. Боюсь, я не в силах дать тебе отсрочку.

Она молчала.

Он рывком притянул ее к себе и простонал:

– Я не смогу ждать неделю, милая. Просто не смогу.

– Я…

Зря она взглянула в его глаза. Потому что тут же забыла, что собиралась сказать. Во взгляде его было столько страстного желания, что где-то, в самом центре ее естества, загорелось пламя, оставив ее задыхающейся, умирающей от жажды и отчаянно стремившейся к чему-то, что она не совсем понимала.

Сейчас Кейт сознавала лишь одно: она не заставит его ждать. Если честно и бескомпромиссно заглянуть в собственную душу, придется признать, что и ей ждать тоже не хочется.

Да и какой в этом смысл? Может, он никогда ее не полюбит, Может, не всегда будет желать ее так же безгранично, как она его. Но всегда можно притвориться. Сделать вид.