Пленница бандита

Время, словно резиновое, растягивалось, а пока хоть бери и накручивай нервы на кулак.

Я не мог дождаться хоть кого-то, но, когда ко мне, спустя целую вечность, пришел врач с медсестрой, осматривая на предмет ранений, как они выразились, я чуть не взорвался к ебеням собачьим.

— ЧТО С НЕЙ?! Мне плевать сейчас на все, кроме нее! — глас вопиющего в пустыне. Вот сейчас я в полной мере осознал эту фразу, плотно засевшую в моей голове от пережитого.

— Алексей, вам нужно успокоиться. Мира в надежных руках, сейчас врачи осматривают ее.

— В таких же надежных, как был я?

— Послушайте, этим вопросом займется полиция, со своей стороны…

— Со своей стороны могу вас заверить, что это будет ваш последний рабочий день, если она пострадает.

Я камня на камне не оставлю от вашей больницы и подключу все имеющиеся связи, чтобы жизнь не казалась вам такой беспечной.

Врач сдвинул темные брови, надул щеки и весь раскраснелся. По моему требованию, меня на инвалидном кресле повезли в кардиологическое отделение, где прямо у входа стоял Тимур и кричал что-то в трубку, активно жестикулируя. Сложно даже описать словами то, что я чувствовал в этот момент, сгораемый единственным желанием, раскрошить ближайшую стенку.

Я был уверен на все сто, что к этому так или иначе была причастна моя бывшая. В голове безумной вереницей мелькали идеи, что же предпринять. А таких идей не так уж и много, если ты прикован к постели и не очень-то можешь что-то предпринять сам, без сторонней помощи.

— Лех, косяк наш, врачей никто не проверял. Всех знали в лицо, да и… — Тимур смотрел на меня виновато, сжимая в руках трубку. Что сейчас уже говорить? Расхлебывать надо.

—Ты понимаешь, чем все могло кончиться? — шептал в пустоту, всматриваясь в белую стену.

— Наши взяли ее, далеко не убежала, — сжав переносицу, друг тяжело уселся на стул.

— Я почти уверен, что здесь не обошлось без Лины, — голос свой я больше не узнавал. — Что со шприцом

— Отдал пацанам, результаты вечером будут, я еще поболтаю с нашей «медсестрой», — сделал акцент на последнем слове.

— Я с тобой.

— Нет, ты остаешься в больнице, даже не проси, — строго ответил друг.

— Я хочу посмотреть этой суке в глаза, — процедил, злобно вперяясь в друга. Тимур закатил глаза, но смолчал.

Да, я хочу услышать все от и до, да и мне важно собственными глазами все увидеть.

Воцарилось молчание. Сердце шандарахало по ребрам, болезненно стягивая нутро. Меня от смерти наверняка мог отделять один лишь укол. Но спасла Мира.

— Я все решу, друг, а она будет в порядке, — Тимур опустил руку на плечо, утешительно сжимая. Но это ничерта меня не успокаивало, не тогда, когда казалось, что я ее мог потерять, просто так, просто потому, что не уследил сам, не уследила охрана, да и потому что я на самом-то деле приносил беды.