Пиранья

Бамбуковая занавеска в конце коридора с сухим шелестом раздалась, показался могучий китаец в джинсах и белой майке, многозначительно оттопыренной слева, на пузе, чем-то специфически огнестрельным. Бесшумно сделал несколько шагов, уставился на Мазура с немым, настойчивым вопросом.

– Я у вас был несколько дней назад с господином Лао… – сказал Мазур вежливо.

При упоминании этого имени в глазах амбала что-то явственно екнуло – и он, чуть поклонившись, сделал гримасу вроде: «Я-то верю, но вас ведь всех хрен упомнишь…»

Вспомнив, что он находится в стране, хотя и освободившейся от колониального ига, но по-прежнему находившейся в липких тенетах капиталистических отношений, неприкрытого чистогана, Мазур быстренько достал бумажку в пять американских долларов и сунул ее мрачному вышибале.

Бумажка, попав к тому в лапищу, словно растворилась меж пальцев волшебным образом. Похоже было, что отношения наладились. Приободренный Мазур спросил:

– Могу я поговорить с Анитой?

– Она вас знает?

– Еще бы, – сказал Мазур непринужденно. – Могу заверить, она мне будет только рада…

– Ну, в таком случае, пойдемте, сэр… – и он нырнул за завесу из бамбуковых палочек.

Мазур решительно направился следом, не испытывая особой тревоги, – каким бы опасным это место ни было внутри, вряд ли незваного гостя будут резать с ходу. В заведениях, подобных этому, нужно сначала получить санкцию у начальства, да и то после всестороннего рассмотрения дела, – заведение как-никак из приличных…

Они поднялись на второй этаж без всяких инцидентов, амбал постучал в знакомую Мазуру дверь. Выглянула Анита, округлила глаза:

– Вы?

– Ага, – сказал Мазур. – Мы можем поговорить?

– Ты его знаешь? – невозмутимо спросил китаец.

– Конечно, – торопливо ответила девушка. – Все в порядке, иди…

Китаец, чуть заметно пожав плечами, исчез за углом. Мазур было нацелился войти, но девушка, торопливо выскочив в коридор, потянула его за руку:

– Пойдемте на улицу, здесь не стоит…"

"«Так, – отметил Мазур. – А мордашка у нее что-то очень уж озабоченная…» И мимоходом коснулся локтем так и не опробованного в деле ветерана-«Веблея», засунутого за ремень под рубашкой. Был некоторый риск в том, чтобы таскать с собой не зарегистрированное в полиции оружие, но в этом районе на многое смотрели сквозь пальцы… Вдумчиво и рьяно исполняя все полицейские предписания, стражи закона рискуют нарваться на людей сильных и злопамятных – так что они в этих кварталах не особенно лютуют, стараясь вообще не появляться здесь без особенной нужды…

Они вышли на улицу, отошли к соседнему зданию.

Анита, свеженькая, в простом белом платье, нимало не напоминала ни раскованную ночную танцовщицу, ни труженицу платного постельного фронта.