Пиранья

Главное, в небе не слышно вертолетов, а на земле — звука автомобильных моторов, и это чертовски радует…

Окинув всех быстрым взглядом — и явно сосчитав, чтобы убедиться, что все налицо, Рональд скомандовал: — Отходим!

Они кинулись обратной дорогой в том же боевом ордере — двое впереди в боевом охранении, один, двигавшийся теперь слева, держит джунгли, только теперь еще и двое замыкающих бегут не в затылок друг другу, а бок о бок, то и дело бдительно оглядываясь. Когда пробегали мимо того места, где под раскидистым экзотическим кустом помещался пленный, двое, несомненно, заранее получившие такой приказ, выскочили из строя, проворно забросили на плечи концы прочного, едва-едва прогнувшегося раскладного шеста, поволокли бегом, как их далекие предки, несомненно, столетиями таскали добычу.

Пленный висел смирнехонько, легонько раскачиваясь в такт бегу носильщиков — то ли не пришел еще в сознание, то ли, как человек опытный, быстренько прокачал ситуацию и понял, что трепыхаться бессмысленно.

Мазур мельком глянул на светившиеся бледно-зеленым стрелки часов: всего-то четыре минуты прошло с тех пор, как громыхнул первый разрыв.

Ну, что же, именно так выглядит фирменный удар спецназа — внезапный, молниеносный, жуткий. Никаких красивых перестрелок и эффектных маханий руками-ногами в рукопашке — это в кино… Чтение подробнейших отчетов об акции занимает раз в десять больше времени, чем сама акция. Не зря у Дюма столь скупо описаны поединки на шпагах — там тоже старались обойтись без глупых красивостей вроде долгого скрещивания клинков, которое только в кино заманчиво, а в жизни служило признаком непрофессионализма, хренового владения оружием. Поединки как раз протекали быстро…

Черт, до чего приятно отходить вот так, — когда и дело сделано, и трофеи имеются, и пленный взят, — но никто не стреляет вслед, не гонится, не пускает собак, не поднимает вертушки…

По достоинству оценит такой кайф только человек понимающий…

Был, правда, еще один напряжный момент, — когда они вышли к обширной прогалине, где ждали вертолеты. Теоретически допуская, нельзя исключать, что противник учел прошлую неудачу — и пилотов достали бесшумно, взяли в ножи, и теперь готовы, укрываясь в джунглях, взять группу в огневой мешок.

Издали Рональд мигнул синим фонариком: точка-точка-точка. Из кабины переднего вертолета высунулась рука, вспыхнул синий же фонарик, отсемафоривший все правильно: точка-тире-точка.

Впрочем, расслабляться не стоило: они отсутствовали минут сорок, потратив это время главным образом на дорогу туда и обратно.